Джадд-стрит: «Полярная звезда» и «Колокол»

Чем это место примечательно?

Найди на Джадд-стрит невысокий дом номер шестьдесят один, один из немногих, что уцелели здесь с середины девятнадцатого века, и табличку на нём. Она напоминает, что в этом доме работала Вольная русская типография Александра Герцена.

Ключевые факты

Open the walk

Найди на Джадд-стрит невысокий дом номер шестьдесят один, один из немногих, что уцелели здесь с середины девятнадцатого века, и табличку на нём. Она напоминает, что в этом доме работала Вольная русская типография Александра Герцена.

В декабре 1854 года типография переехала сюда, тогда у дома был номер восемьдесят два. Здесь в 1855 году вышла первая книжка альманаха «Полярная звезда». На её обложке были профили пятерых казнённых декабристов: Пестеля, Рылеева, Бестужева-Рюмина, Муравьёва-Апостола и Каховского. В России их имена нельзя было даже произносить вслух. Название Герцен взял у альманаха декабристов Рылеева и Бестужева, а эпиграфом поставил пушкинскую строку: «Да здравствует солнце, да скроется тьма!»

Через два года типография перебралась в начало этой же улицы, в дом номер два, у самой Брансуик-сквер. И летом 1857 года Герцен вместе с другом юности Николаем Огарёвым выпустил первый номер газеты «Колокол». Тридцатью годами раньше, ещё мальчишками, они поклялись на Воробьёвых горах в Москве посвятить жизнь свободе, и вот клятва зазвучала типографской краской. Девиз был латинский, из надписи на старинных колоколах: зову живых. Те же слова Шиллер поставил эпиграфом к своей «Песне о колоколе». Газету тайно везли в Россию, и её читали все: студенты, чиновники, губернаторы.

Говорят, «Колокол» читали даже в Зимнем дворце, и сам Александр Второй знал, что о нём пишут в Лондоне. Чиновники боялись попасть на его страницы больше, чем начальственного гнева: Герцен публиковал присланные из России разоблачения взяточников. А в Лондон к нему ехали все, кто думал о будущем России. Бывали у него и Толстой в 1861 году, и Достоевский в 1862-м, правда, Герцен к тому времени уже жил в другом районе.

Дом номер два давно исчез, на его месте ничего примечательного. А типография потом переезжала ещё не раз и в 1865 году вместе с Герценом покинула Лондон ради Женевы. Но двенадцать лет главный независимый голос России звучал из Лондона, и начиналось всё на этой улице. Теперь иди на запад, по Тависток-плейс, к университетским кварталам.