Кремниевый Лондон: от стартапов до ИИ

Маршрут по местам, где рождалась британская технологическая революция

London · 10 stops · 3.9 km · ~1.5 h · Generated March 2026

1. Чайный дом Wise — рождение финтех-единорога

Tea Building, 56 Shoreditch High Street, London E1 6JJ

Взгляните на это массивное восьмиэтажное здание из бетона и стали. Это ТИ-Билдинг — одна из самых необычных точек на карте мировых финансовых технологий. Но начнём с самого начала...

Строительство началось в тысяча девятьсот тридцать первом году по проекту новозеландского архитектора Хэла Уильямса. И вот что забавно... здание, которое все называют «чайным», изначально было Фабрикой по копчению бекона! Да-да, бренд Липтон использовал его для засолки и копчения мяса. Чай паковали по соседству. Во время Второй мировой здание пережило бомбардировки Лондона с минимальными повреждениями — существует легенда, что его спасло само название «чайный дом», ведь бомбить чай было бы уж слишком по-варварски даже для войны.

В семидесятых годах Липтон покинул здание из-за экономического кризиса, и фабрика стала обычным складом охранной компании Секьюрикор. Только в две тысячи первом году компания Дервент Лондон выкупила его и превратила в креативный хаб.

А теперь самое интересное. В две тысячи шестнадцатом году сюда, на шестой этаж, въехал стартап под названием Трансфервайз. Его основали два эстонца — Таавет Хинрикус, первый сотрудник Скайпа, и Кристо Кяэрманн, консультант из Делойт. Они познакомились на вечеринке в Лондоне и обнаружили общую проблему... оба теряли сотни фунтов на банковских комиссиях при переводе денег домой в Эстонию. Придумали гениально простую схему: Хинрикус клал евро на эстонский счёт Кяэрманна, а тот клал фунты на английский счёт Хинрикуса. Никаких комиссий!

Они прославились безумными PR-акциями — в две тысячи четырнадцатом году сто сотрудников пробежали Полуголыми через Сити с надписями на телах «Нам нечего скрывать», протестуя против скрытых банковских комиссий. А позже основатели повторили это на Уолл-стрит в Нью-Йорке... на двадцатиградусном морозе!

Среди инвесторов — сооснователь ПэйПал Макс Левчин, Питер Тиль и сам Ричард Брэнсон. Седьмого июля две тысячи двадцать первого года компания, переименованная в Вайз, вышла на Лондонскую фондовую биржу с оценкой в Одиннадцать миллиардов долларов — это было Первое в истории прямое размещение технологической компании на этой бирже. А начиналось всё вот здесь... на шестом этаже бывшей фабрики бекона.
2. Shoreditch Town Hall — викторианское здание и хаб цифровых событий

Shoreditch Town Hall, 380 Old Street, London EC1V 9LT

Перед вами — здание, которое уже больше ста пятидесяти лет стоит в самом сердце Шордича. Шордичская ратуша. Она открылась в тысяча восемьсот шестьдесят шестом году, и при этом... знаете, в чём самая невероятная ирония этого места?

Здание было возведено для одного из Беднейших районов Лондона. К тысяча восемьсот шестьдесят первому году население Шордича выросло до ста двадцати девяти тысяч человек. Люди работали на мебельных фабриках и в обувных мастерских, теснились в переполненных домах, а в тысяча восемьсот сорок девятом году эпидемия холеры унесла восемьсот девяносто девять жизней только в этом районе. И вот для Этих людей архитектор Цезарь Август Лонг спроектировал здание, которое называли «самым великолепным вестри-холлом Лондона» — с фасадом из Портлендского камня, дорическими колоннами и витражами.

Но вот что действительно поражает. В тысяча восемьсот девяносто седьмом году Шордич стал Первым местом в стране, где совместили сжигание мусора с выработкой электричества. Построили электростанцию на Хокстон-маркет, где жгли бытовые отходы вместо угля — и этим питали уличное освещение всего района. Девиз боро — «Больше света, больше энергии» — а на латыни: «E Pulvere Lux ET Vis» — «Из праха — свет и сила». Задумайтесь: викторианский Шордич изобрёл энергию из мусора за Сто Лет до того, как это стало модной темой экологических стартапов!

А теперь — быстрая перемотка вперёд. Две тысячи восьмой год. Вокруг кольцевой развязки Олд-стрит — буквально в нескольких шагах отсюда — начал формироваться кластер веб-компаний. Район был дешёвым, а финансовый кризис обрушил арендные ставки и выбросил на рынок опытных специалистов из банков, которые решили стать предпринимателями. Двадцать третьего июля две тысячи восьмого года разработчик Мэтт Биддалф, болтая с коллегами в офисе своего стартапа Dopplr, в шутку предложил название «Силикон Раундэбаут». Оно показалось ему таким... неловко-британским и немного нелепым. А через два года премьер-министр Дэвид Кэмерон использовал этот термин в официальной речи и объявил о создании Тек-Сити.

В две тысячи одиннадцатом Гугл купил семиэтажное здание неподалёку и открыл Кэмпус Лондон — пространство для хакатонов, воркшопов и молодых компаний. Между две тысячи двенадцатым и две тысячи четырнадцатым годами в Одном почтовом индексе Шордича было основано тридцать две тысячи бизнесов — больше, чем в любом другом почтовом индексе в истории.

А сама ратуша? Она пережила расследование дела Джека-Потрошителя в тысяча восемьсот восемьдесят восьмом, арест суфражистки Сильвии Пэнкхёрст в тысяча девятьсот тринадцатом, первый боксёрский матч в истории коммерческого телевидения — при запуске ай-ти-ви двадцать второго сентября тысяча девятьсот пятьдесят пятого года... и даже нелегальные карточные игры братьев Крэй в шестидесятых. А сегодня в этих залах — технологические конференции и хакатоны.

Из праха — свет и сила. Похоже, девиз Шордича работает до сих пор.
3. The Bower — от богадельни 1740-х к Stripe и Farfetch

The Bower, 207-211 Old Street, London EC1V 9NR

Взгляните на это здание... Стеклянная башня, которая уверенно врезается в лондонское небо прямо у кольцевой развязки Олд Стрит. Это — The Бауэр. И его история — это история всего Восточного Лондона в миниатюре.

Начнём с самого названия. А вы знаете, что такое «bower»? В древнеанглийском «būr» означало жилище, укрытие... тенистую беседку, увитую зеленью. Архитекторы назвали комплекс в честь садовой беседки, которая, по преданию, когда-то стояла на этом месте.

Но между тенистой беседкой и стеклянной башней прошло много эпох. Сама улица Олд Стрит — Одна из старейших в Лондоне. Первые записи о ней относятся к тринадцатому веку, а дорога, вероятно, проложена ещё в римские времена. В восемнадцатом веке район был бедным, здесь располагались богадельни — приюты для нищих, больных и стариков. Место милосердия... и отчаяния.

В тысяча девятьсот шестидесятых годах здесь вырос модернистский кампус для компании «Бритиш Телеком» — четырнадцатиэтажная башня и массивный склад. Типичная архитектура послевоенного Лондона: бетон, колонны посреди этажей, задворки, превращённые в парковку. К восьмидесятым здания обшили невразумительной облицовкой, а к двухтысячным они стали, как выразились архитекторы, «призрачным кораблём» — почти пустым.

И вот тут начинается Самое интересное. В две тысячи восьмом году финансовый кризис обрушил арендные ставки в Восточном Лондоне. И молодые технологические компании, чьи основатели пережили крах доткомов двухтысячного года, хлынули сюда... Потому что здесь было дёшево, рядом метро, а атмосфера — богемная, творческая.

Название «Кремниевая кольцевая» — Silicon Roundabout — родилось как Шутка! Его придумал предприниматель Мэтт Биддалф. Но шутка стала пророчеством. В две тысячи десятом премьер-министр Дэвид Кэмерон объявил о государственной инициативе «Tech City». Гугл открыл свой «Campus London» на улице Бонхилл в две тысячи двенадцатом. За ним пришли Amazon, Microsoft, Cisco...

А бюро «Ahmm» — «Оллфорд Холл Монаган Моррис» — получило заказ в две тысячи двенадцатом на полное перерождение этих зданий. Стоимость проекта — более ста миллионов фунтов. Башню раздели до каркаса и пристроили к ней боковое расширение в семнадцать этажей. Прорубили двухэтажный проход сквозь первый этаж — и закрытый бетонный блок впервые за полвека стал Проницаемым для пешеходов. Между складом и новым зданием «Студио» возникла уютная улочка-мьюз с ресторанами и барами.

К две тысячи семнадцатому году первая фаза была полностью сдана в аренду: здесь обосновались платёжный гигант Stripe, модная платформа Фарфетч, компания Пивотал. А на верхних этажах башни расположился WeWork — символ новой культуры гибкой работы.

Вдумайтесь... Место, где когда-то подавали хлеб нищим в богадельне, теперь генерирует миллиарды фунтов цифровых платежей. Беседка, увитая плющом, превратилась в стеклянную башню, увитую оптоволокном. А «Кремниевая кольцевая» — это уже не шутка. Это один из крупнейших технологических кластеров Европы.
4. Silicon Roundabout — перекрёсток, породивший мем

Old Street Station, London EC1V 9NR

Оглянитесь вокруг. Вы стоите у одного из самых парадоксальных мест в истории мирового предпринимательства. Перекрёсток Олд Стрит — невзрачная бетонная развязка, построенная в тысяча девятьсот шестидесятых годах... которая случайно стала символом европейской технологической мечты.

Но начнём с самого начала. Станция Олд Стрит открылась семнадцатого ноября тысяча девятьсот первого года как часть расширения City and South London Railway — Первой глубокой линии лондонского метро. Район вокруг станции представлял собой смесь лёгкой промышленности, складов и торговых помещений. Во время Второй мировой станция использовалась как бомбоубежище. Словом, место не из тех, что попадают на открытки.

А теперь — к главному сюжету. Двадцать третье июля две тысячи восьмого года. Технологический предприниматель Мэтт БиддАлф, сооснователь онлайн-сервиса для путешественников Dopplr, болтает с коллегами в офисе о том, как много стартапов поселилось по соседству. Он разговаривает с Расселом Дэйвисом, Беном Терреттом и Мэттом Джонсом — и в шутку предлагает: мол, Олд Стрит превратилась в Silicon Roundabout. Звучит очень по-британски, немного нелепо и чуть-чуть глупо.

Почему именно здесь? Район исторически был бедным по сравнению с лондонским Сити, а финансовый кризис две тысячи восьмого года обрушил арендные ставки, сделав офисы доступными для стартапов. При этом увольнения из инвестиционных банков выбросили на рынок целый пул опытных специалистов, готовых рискнуть и стать предпринимателями.

Твит БиддАлфа обрёл новую жизнь, когда он упомянул шутку журналисту Financial Times Тиму Брэдшоу на вечеринке. Тот загорелся идеей, и БиддАлф составил довольно ненаучную карту пятнадцати технологических компаний вокруг кольца Олд Стрит. Пятнадцать! Всего пятнадцать компаний — и название, придуманное за кружкой пива!

А дальше произошло то, чего никто не ожидал. Четвёртого ноября две тысячи десятого года премьер-министр Дэвид Кэмерон произнёс речь в восточном Лондоне, объявив о планах создать технологический кластер, способный соперничать с Кремниевой долиной. Шуточное название стало государственной программой! В две тысячи десятом году здесь было восемьдесят пять стартапов. К две тысячи одиннадцатому — уже около двухсот.

В сентябре две тысячи одиннадцатого Google купил семиэтажное здание на соседней улице Бонхилл-стрит, открыв Campus London — пространство для хакатонов, мастерских и начинающих компаний. За ними потянулись Amazon, Facebook, Microsoft, Intel...

Но вот ирония истории. Девелоперы, привлечённые ажиотажем, скупили недвижимость и взвинтили аренду. Между две тысячи пятнадцатым и две тысячи семнадцатым количество новых компаний в районе упало на семьдесят процентов. Тот самый мем, который должен был помочь стартапам, в итоге сделал район слишком дорогим для них.

Кстати, само название Олд Стрит впервые упомянуто как Ealdestrate около тысяча двухсотого года — это одна из древнейших улиц Лондона. А совсем рядом, на Кёртен-роуд, стоял первый постоянный театр Британии, где труппа ШекспИра играла «Ромео и Джульетту». Так что этот район умел порождать революции задолго до эпохи стартапов.

Оглянитесь ещё раз. Олд Стрит — исторически квадратная транспортная развязка — теперь перестроена в обычный трёхсторонний перекрёсток. Бетонное кольцо шестидесятых уходит в прошлое. Но имя — Silicon Roundabout — навсегда вписано в историю как напоминание: иногда для того, чтобы изменить целый район, достаточно одной удачной шутки в Твиттере.
5. White Collar Factory — офис с беговой дорожкой на крыше

White Collar Factory, 1 Old Street Yard, London EC1Y 8AF

Взгляните на эту шестнадцатиэтажную башню прямо перед нами. Бетон, стекло, строгие линии... На первый взгляд — обычный офисный центр. Но это не просто здание. Это результат Девяти лет одержимости одним вопросом: почему люди предпочитают работать в старых викторианских складах, а не в сверкающих стеклянных коробках?

Всё началось в две тысячи восьмом году, когда инженеры из Аруп, девелопер Дервент Лондон и архитекторы бюро Олфорд Холл Монаган Моррис объединились, чтобы переосмыслить офисное проектирование для лондонского рынка. Они запустили восьмилетнее исследование, пытаясь понять, почему отремонтированные викторианские промышленные здания часто нравятся арендаторам Больше, чем современные новостройки.

И знаете, что они выяснили? Всё дело в высоких потолках, открытом бетоне и... возможности открыть окно. Звучит просто, но для лондонских высоток это — революция.

Однако оставался главный вопрос: будет ли это работать на практике? И Дервент нашёл простое решение — построить прототип. В две тысячи двенадцатом году они взяли участок прямо здесь, на углу кольцевой развязки Олд Стрит, и возвели фрагмент одного этажа на сваях, на высоте третьего этажа, между старых зданий. На этот макет потратили Миллион фунтов стерлингов. Испытания прошли через жаркое лето две тысячи тринадцатого и следующую зиму, подтвердив, что пассивное охлаждение работает именно так, как предсказывали компьютерные модели.

А место было выбрано не случайно. Кластер технологических стартапов начал формироваться вокруг кольцевой развязки Олд Стрит именно в две тысячи восьмом. Район исторически был бедным по сравнению с Сити, а финансовый кризис ещё больше обрушил арендные ставки, сделав их доступными для технологических стартапов. Название «Силикон Раундэбаут» — «кремниевая кольцевая развязка» — изначально было шуткой, которую придумал Мэтт Биддалф. Но шутка превратилась в бренд... а в две тысячи десятом премьер-министр Дэвид Кэмерон объявил о планах ускоренного развития этого кластера.

Теперь — о самом невероятном. Посмотрите наверх! На высоте семидесяти метров находится Самая высокая беговая дорожка в Лондоне. Двухполосный трек с разметкой и стрелками направления — бегуны двигаются против часовой стрелки, чтобы не сталкиваться друг с другом. Чтобы пробежать милю, нужно намотать больше десяти кругов, а для полного марафона — двести восемьдесят один!

Окна на каждом этаже башни открываются вручную — редкость для лондонских высоток. А простая система светофоров подсказывает сотрудникам: когда горит зелёный — открывайте окно, и подача воздуха отключится, экономя энергию. Красный — окно открыть можно, но здание потратит энергию на поддержание температуры.

В результате здание получило высшие в мире рейтинги устойчивости — Бриам Outstanding и Лид Platinum — и всё это стоит на фундаменте Над четырьмя старейшими тоннелями в лондонской глине, пробитыми ещё в тысяча девятьсот четвёртом году, и станцией Олд Стрит линии Нортерн.

White Collar Factory — «фабрика белых воротничков». Ирония в том, что здание, названное в честь офисного класса, построено по принципам Промышленных зданий девятнадцатого века. Высокие потолки, голый бетон, открытые коммуникации... Только вместо паровых машин здесь — серверы, а вместо заводского двора — беговая дорожка в небе.
6. Google Campus — семиэтажный инкубатор Кремниевого Кольца

4-5 Bonhill Street, London EC2A 4BX

Перед вами — неприметное семиэтажное здание на Бонхилл-стрит, четыре-пять. Серый фасад, обычные окна... Ничего, что намекало бы на революцию. Но именно здесь писалась одна из самых ярких глав лондонского технологического предпринимательства.

Чтобы понять эту историю, нужно отмотать время назад — в две тысячи восьмой год. Район вокруг кольцевой развязки на Олд-стрит считался задворками Сити — так называемой «городской окраиной». Финансовый кризис обрушил арендные ставки, а массовые сокращения в инвестиционных банках выбросили на рынок целую армию талантливых людей, мечтавших о собственном деле.

И вот... в июле того же года технический директор маленького тревел-стартапа Dopplr по имени Мэтт Биддалф, глядя из окна своего офиса на унылую бетонную кольцевую развязку, в разговоре с коллегами в шутку предложил: а ведь Олд-стрит стал нашим «Кремниевым Кольцом»! Звучало очень по-британски — немного нелепо и чуть-чуть глупо. Он тут же написал об этом в Твиттере. Шутка превратилась в бренд.

В две тысячи десятом здесь было восемьдесят пять стартапов. Через год — уже двести. В ноябре две тысячи одиннадцатого премьер-министр Дэвид Кэмерон представил план по развитию нового предпринимательского кластера в постиндустриальных складах Восточного Лондона. А советник Кэмерона — Рохан Силва — убедил тогдашнего председателя совета директоров Google Эрика Шмидта открыть стартап-кампус в нескольких минутах ходьбы от «Кремниевого Кольца».

Двадцать восьмого сентября две тысячи одиннадцатого года Google объявил о покупке Этого Самого семиэтажного здания. Компания пообещала проводить здесь лекции, хакатоны, мастер-классы и давать рабочие места молодым компаниям. В марте две тысячи двенадцатого здание распахнуло двери как Campus London. Его основал израильский технологический ветеран и сотрудник Google — Эзе Видра. Стойка рецепции была собрана из кубиков Duplo, а в подвальном кафе кипела жизнь — тысячи мероприятий, тысячи часов бесплатного менторинга от сотрудников Google.

А теперь — факт, который мало кто знает. Campus работал в убыток с самого первого дня. Он Никогда не был рассчитан на прибыль. Это была чистая инвестиция в экосистему. И она окупилась сторицей! Как сказал сам Видра: «Мы не создали нового Google или Facebook, зато вырастили сто единорогов — компаний стоимостью больше миллиарда долларов. Многие из них впервые публично выступили именно на сцене Campus, включая TransferWise и Revolut.»

Но история имеет горько-сладкий финал. В две тысячи двадцать первом году Google объявил, что не станет открывать Campus заново после пандемии. Видра признался, что Campus «просто больше не так нужен» — лондонская стартап-сцена стала самостоятельной. Птенец вырос и вылетел из гнезда.

Оглянитесь вокруг. Между две тысячи двенадцатым и две тысячи четырнадцатым годами в этом Единственном почтовом индексе было зарегистрировано тридцать две тысячи компаний — больше, чем в любом другом почтовом индексе в истории. А начиналось всё... с одной шутки в Твиттере и серого здания с кубиками Duplo на рецепции.
7. Worship Square — новый дом Wise в эпоху публичного размещения

Worship Square, 65 Clifton Street, London EC2A 4JE

Перед вами — девятиэтажное здание из стекла и стали на углу Клифтон-стрит и Воршип-стрит. Это Воршип-сквер... новая глобальная штаб-квартира компании Wise. И история этого места — пожалуй, лучшая иллюстрация того, как лондонский финтех вырос из гаражных стартапов в мировых гигантов.

Всё началось с простой бытовой проблемы. Wise была основана в Лондоне двумя эстонцами — Тааветом Хинрикусом, одним из первых сотрудников Skype, и Кристо Кяярманном, консультантом Deloitte. Хинрикус получал зарплату в евро, а Кяярманн имел обязательства в эстонских кронах. Они придумали неформальную схему: Таавет переводил евро на эстонский счёт Кристо, а тот — фунты на британский счёт Таавета, оба по среднерыночному курсу. Гениально просто... и абсолютно бесплатно! Они сэкономили тысячи и подумали: таких, как мы, наверняка миллионы!

Двадцать пятого января две тысячи одиннадцатого года они зарегистрировали компанию в Лондоне. Назвали TransferWise. А домом для растущей команды стало легендарное здание буквально за углом отсюда — Ти-Билдинг на Шордич Хай-стрит. Это восьмиэтажное здание, построенное в начале тридцатых годов, изначально было... фабрикой по засолке бекона для бренда Lipton, а название получило от чайного склада на том же участке. Из бекона — в финтех... такой вот путь Шордича!

Более восьми лет Wise работала в Ти-Билдинг. За это время произошло нечто невероятное. В две тысячи четырнадцатом в компанию инвестировал сэр Ричард Брэнсон. К две тысячи девятнадцатому TransferWise стал самым дорогим финтех-стартапом Европы — с оценкой в три с половиной миллиарда долларов. А седьмого июля две тысячи двадцать первого года... компания совершила то, чего не делал Никто на Лондонской бирже. Wise стала Первой компанией в истории Лондонской фондовой биржи, вышедшей на рынок через прямой листинг — без посредников, без андеррайтеров. Акции открылись по восемьсот пенсов за штуку, а оценка компании составила около одиннадцати миллиардов долларов.

И вот, в марте две тысячи двадцать пятого года — новая глава. Wise переехала в эту новую штаб-квартиру на Воршип-сквер — девятиэтажное здание с гибкими офисными пространствами. Офис расширился на сорок процентов — теперь здесь работают более тысячи сотрудников. А внутри... в честь эстонских корней здесь есть офисная Сауна! Центральная лестница выкрашена в фирменный зелёный цвет Wise, а графические работы на стенах отдают дань художникам, родившимся в Шордиче.

Обратите внимание — это здание с нулевым углеродным следом, расположенное прямо в сердце технологического и креативного квартала. Бывшая фабрика бекона — и углеродно-нейтральный храм финтеха через дорогу. Два здания, разделённые столетием, рассказывают одну и ту же историю Шордича: район, который Всегда притягивал тех, кто строит будущее.
8. Scrutton Street — где начиналась лондонская доткомная волна

40-42 Scrutton Street, London EC2A 4PP

Остановитесь на мгновение и оглянитесь вокруг. Скраттон-стрит. Тихая улочка в самом сердце Шордича... Сегодня здесь — модные коворкинги и кофейни с овсяным латте. Но в две тысячном году, прямо за этими стенами, кипела совсем другая жизнь. Здесь находился Deep Group — один из первых интернет-стартапов восточного Лондона, рождённый в эпоху великой доткомной лихорадки.

А какая это была эпоха! Пузырь доткомов зрел с середины девяностых и достиг пика десятого марта двухтысячного года. Массовое распространение Всемирной паутины привлекло невиданные объёмы венчурного капитала. Индекс Насдак вырос на шестьсот процентов между девяносто пятым и двухтысячным годами... а затем обрушился на семьдесят восемь процентов. Деньги испарились. Офисы опустели. И здесь, в восточном Лондоне, всё ощущалось Особенно остро.

Лондон был не просто зрителем — он был одним из эпицентров безумия. Первым крупным доткомом, ушедшим на дно, стала не американская, а именно лондонская компания — Boo.com. Этот онлайн-ретейлер модной одежды с офисом на Карнаби-стрит и четырьмястами сотрудниками в восьми странах сжёг сто тридцать пять миллионов долларов венчурного капитала всего за восемнадцать месяцев и был ликвидирован в мае двухтысячного года.

Но вот что интересно. Этот район — то, что называли «City Fringe», окраина Сити — исторически был бедным. А финансовый кризис две тысячи восьмого года ещё больше обрушил арендные ставки, сделав его доступным для технологических стартапов. Массовые сокращения в инвестиционных банках выбросили на рынок целый пул опытных специалистов, жаждущих предпринимательства.

И знаете, кто были эти люди? Во многом — именно те, кто прошёл через крах доткомов. Ветераны компаний вроде Deep Group, которые потеряли работу, но сохранили навыки, идеи и... дерзость. На протяжении конца девяностых и начала двухтысячных технологические компании постепенно стекались в район Олд-стрит. А потом, двадцать третьего июля две тысячи восьмого года, произошёл маленький, но символичный момент. Мэтт Биддалф, сооснователь стартапа Dopплр, болтая с коллегами в офисе, шутя предложил называть район вокруг Олд-стрит — «Силикон Раундэбаут». Название звучало очень по-британски... слегка нелепо и немного глупо.

Эта шутка из твита привела к волне публикаций в прессе и статье в журнале Wired. А четвёртого ноября две тысячи десятого года премьер-министр Дэвид Кэмерон произнёс речь в восточном Лондоне, объявив о государственной программе поддержки этого кластера. В две тысячи десятом здесь было восемьдесят пять стартапов. К две тысячи одиннадцатому — уже около двухсот.

Так маленькая шутка превратилась в один из крупнейших технологических кластеров Европы. А всё начиналось здесь... на Скраттон-стрит. С людей, которые пережили крах, но не сдались.
9. Monzo — банк без отделений в сердце Tech City

Broadwalk House, 5 Appold Street, London EC2A 2AG

Мы стоим перед зданием Бродуок Хаус на ЭпполД Стрит... и прямо за этими стенами разворачивалась одна из самых дерзких предпринимательских историй современного Лондона.

Само здание — постройка тысяча девятьсот восьмидесятых годов, спроектированное в стиле традиционного банковского холла. Ирония в том, что именно здесь обосновался банк, который хотел Уничтожить всё, что олицетворяет традиционный банкинг.

Монзо был основан в Лондоне в две тысячи пятнадцатом году командой из пяти человек — Том Бломфилд, Гэри Долман, Джейсон Бейтс, Йонас Темплстайн и Пол Риппон. А знаете, откуда они все друг друга знали? Вся команда познакомилась, работая в другом стартапе — Старлинг Банк. Они ушли оттуда, чтобы создать конкурента. Это как если бы повара из одного ресторана ушли и открыли свой... через дорогу.

А история самого Бломфилда — это учебник лондонского предпринимательства. Он вырос в Бакингемшире, учился в школе доктора Чаллонера в Эймершеме, а свой первый бизнес начал ещё подростком — сделал веб-сайт для местного агентства недвижимости за двести пятьдесят фунтов. В Оксфорде он выиграл тысячу фунтов на конкурсе бизнес-планов, предложив идею «eBay для студентов» под названием Босо, и развернул проект в пятидесяти университетах.

Но самый невероятный момент в истории Монзо — это краудфандинг. В феврале две тысячи шестнадцатого года компания установила мировой рекорд — собрала Миллион фунтов за девяносто шесть секунд на платформе Краудкьюб! Ажиотаж был таким, что сайт Краудкьюб просто Рухнул от наплыва желающих вложить деньги.

И ещё одна деталь, которую мало кто знает. Изначально банк назывался не Монзо, а Мондо. Но в июне две тысячи шестнадцатого года название было оспорено неизвестной компанией с похожей торговой маркой. Что сделали основатели? Они бросили клич сообществу... и получили более двенадцати тысяч пятисот предложений новых имён! А ещё, на всякий случай, они заранее зарегистрировали название «БанкиМакБанкФейс» — и запретили его как вариант. В итоге шесть человек одновременно предложили слово Монзо... и так родился бренд, который знает вся Британия.

Сегодня Монзо насчитывает более двенадцати с половиной миллионов клиентов и показывает годовую чистую прибыль в девяносто четыре с половиной миллиона фунтов при выручке в один и два десятых миллиарда. А начиналось всё с пяти человек и идеи, что банк может жить Целиком в вашем смартфоне. Когда команда выросла и стало тесно в офисе у Олд Стрит, они переехали сюда — в Бродуок Хаус — в самое сердце того, что лондонцы называют Тек Сити.
10. Second Home — коворкинг будущего в ковровой фабрике

68-80 Hanbury Street, London E1 5JL

Взгляните на это здание... Восьмиэтажная викторианская постройка с пузырчатыми изгибами на фасаде — бывшая ковровая фабрика «Британия», превращённая в коворкинг Second Home. Сегодня это одно из самых необычных рабочих пространств Лондона. Но чтобы понять, как оно появилось, нужно познакомиться с одним удивительным человеком.

Его зовут Рохан Силва. В двадцать три года он пришёл работать в казначейство, а вскоре его пригласил на кофе теневой канцлер Джордж Осборн — и забрал к себе в команду. Потом Силва вместе с Кэмероном написал предвыборный манифест и оказался на Даунинг-стрит в роли старшего политического советника. Но что делал политик из резиденции премьер-министра для технологического предпринимательства?

Очень многое! Именно он стоял за инициативой Тек-Сити в Восточном Лондоне, которая помогла увеличить число цифровых и технологических компаний в районе с двухсот до более чем двух тысяч... всего за два года. Он создал предпринимательские визы, налоговые льготы для ангельских инвесторов и политику открытых данных. По сути, Силва в одиночку перестроил государственную машину так, чтобы она работала на стартапы.

А в две тысячи тринадцатом году он ушёл из правительства. После Даунинг-стрит Силва стал исследователем в МассачУсетском технологическом институте, а потом... решил построить своё идеальное место для предпринимателей. Вместе с партнёром Сэмом Олдентоном он нашёл эту заброшенную фабрику прямо здесь, на Хэнбери-стрит.

И вот что они сделали! Пригласили испанских архитекторов Хосе Селгаса и Лусию Кано — бюро Сельгаскано — которые заполнили бывшую ковровую фабрику прозрачными акриловыми стенами, более чем тысячей растений и так называемым «летающим столом». Этот гигантский U-образный стол поднимается к потолку на лебёдках, когда нужно освободить пространство для концертов или кинопоказов. В здании шестьсот Разных стульев — ни одного повторяющегося! Сооснователь Олдентон лично объездил блошиные рынки, чтобы собрать эту коллекцию из шестисот кресел в стиле мид-сенчури.

А на крыше... терраса площадью полторы тысячи квадратных метров, окружённая прудами с водными растениями, с восемьюстами тропическими деревьями и цветами. А потолок внутри покрыт десятью тысячами перевёрнутых фетровых шляп — для акустической изоляции.

Но самое важное — не архитектура. Компании, которые здесь базируются, создают рабочие места в десять раз быстрее, чем в среднем по стране. Как говорит сам Силва: «В основе нашего бизнеса лежит идея, что если собрать вместе разных людей и разные индустрии, произойдёт что-то хорошее». Перекрёстное опыление идей — вот что происходит прямо за этими пузырчатыми стенами, на улице, где когда-то ткали ковры, а теперь ткут будущее лондонских технологий.