Трёхдом Хохола на Рашиновой набережной

Чем это место примечательно?

Встань так, чтобы видеть сразу все три дома, выстроенных в ряд вдоль набережной. Средний чуть выше и торжественнее, с острым фронтоном, а боковые как будто держат его за руки. Это не три соседа, которые случайно оказались рядом, а одна композиция, придуманная одним человеком.

Ключевые факты

Open the walk

Встань так, чтобы видеть сразу все три дома, выстроенных в ряд вдоль набережной. Средний чуть выше и торжественнее, с острым фронтоном, а боковые как будто держат его за руки. Это не три соседа, которые случайно оказались рядом, а одна композиция, придуманная одним человеком.

Трёхдом Йозеф Хохол построил в 1912–1913 годах, одновременно с виллой за углом. Хохол учился в Вене у Отто Вагнера, великого мастера модерна, и знал классику назубок. И это видно: симметрия, центральная ось, фронтон, почти как у античного храма. Только всё это нарезано на кристаллы. Карнизы преломляются, балконы ощетинились гранями, а окна сидят в глубоких скошенных рамах, так что в солнечный день фасад покрыт сеткой острых теней.

Задумка хитрая: дома выглядят как один дворец, хотя на деле это три отдельных семейных жилища, каждое со своим входом. Хохол как будто подшучивает над мечтой горожанина о собственном замке: вот вам замок, только с острыми углами и без единого лишнего украшения. Из окон видна Влтава, и когда по воде бегут солнечные блики, грани фасада отвечают им светом. Обрати внимание и на мелочи: решётки, двери, водостоки. Хохол рисовал их сам, потому что для кубиста не бывает неважных деталей.

Век у этого стиля оказался коротким. Началась Первая мировая, стройки замерли, а после войны молодая Чехословакия искала национальный язык, и угловатый кубизм сменился более округлым и пёстрым стилем, который потом назовут рондокубизмом. Сам Хохол вскоре ушёл к функционализму, к простым белым объёмам. Так что вышеградские дома остались свидетелями нескольких лет, когда Прага на мгновение обогнала Париж. Долгие десятилетия на них почти никто не обращал внимания, и только потом их снова признали сокровищем.

Чуть южнее набережная упирается прямо в скалу, и дорога ныряет в тоннель, пробитый в самом начале двадцатого века. Над ним, на камне, прилепилась руина старой башни, которую легенда называет купальней Либуше... но к ней мы ещё поднимемся сверху. А пока возвращайся немного назад и иди вверх, вглубь квартала, к Неклановой улице: там ждёт главный кубистский дом Праги.