Лондонский глаз и вид на Хангерфордскую лестницу

Чем это место примечательно?

Запрокинь голову: над тобой медленно, почти незаметно, ползёт по кругу стеклянная капсула, за ней следующая, и так тридцать две штуки. Лондонский глаз поднимается на сто тридцать пять метров, и один оборот длится около получаса, так что пассажиры успевают и полюбоваться, и заскучать.

Ключевые факты

Open the walk

Запрокинь голову: над тобой медленно, почти незаметно, ползёт по кругу стеклянная капсула, за ней следующая, и так тридцать две штуки. Лондонский глаз поднимается на сто тридцать пять метров, и один оборот длится около получаса, так что пассажиры успевают и полюбоваться, и заскучать.

Его строили к миллениуму как временный аттракцион, лет на пять. Колесо собирали лёжа, прямо над рекой, на плавучих платформах, а потом поднимали, как подъёмный мост. Придумали его супруги-архитекторы Дэвид Маркс и Джулия Барфилд. Публику пустили в марте 2000 года, и временное колесо стало главным символом нового Лондона. Капсулы пронумерованы до тридцати трёх, а тринадцатой нет: суеверие сильнее инженерии. И ещё одна хитрость: колесо держится только с одной стороны, на огромной наклонной опоре, а обод натянут на тросы, как велосипедное колесо на спицы. Говорят, в ясный день сверху видно километров на сорок, до самого Виндзорского замка.

А теперь отвернись от колеса и посмотри через Темзу, туда, где стоят вокзал Чаринг-Кросс и железнодорожный мост. В 1824 году там, у Хангерфордской лестницы, стоял гнилой склад фабрики ваксы. Двенадцатилетний мальчик по имени Чарльз Диккенс клеил там этикетки на банки по десять часов в день. Его отец в это время сидел в долговой тюрьме Маршалси, всего в паре километров отсюда, на нашем берегу.

Диккенс почти никому об этом не рассказывал. Он доверил тайну другу и будущему биографу Джону Форстеру, и даже собственные дети узнали правду только из его книги, вышедшей после смерти отца. Он признавался, что много лет не мог заставить себя подойти к этому месту. Но вся эта боль ушла в книги: в Оливера Твиста, в Дэвида Копперфилда, который тоже мальчиком моет бутылки на складе у реки.

Склада давно нет, на его месте вокзал, а река осталась та же. Подумай: величайший романист Англии начинал с того, что смотрел на эту воду из окна, полного крыс, и мечтал выбраться. Пройди под железнодорожным мостом дальше по набережной, к длинному светлому зданию с огромными окнами.