Замок Святого Георгия: осада 1147 года

Чем это место примечательно?

Встань у парапета на главной площадке замка. Рядом бронзовый король с мечом и щитом, под ногами старые пушки, а внизу — весь Лиссабон: Байша, расчерченная, как тетрадь в клетку, холмы Шиаду и Байру-Алту, красный мост над рекой и серебряная Тежу. Отсюда видно всё.

Ключевые факты

Open the walk

Встань у парапета на главной площадке замка. Рядом бронзовый король с мечом и щитом, под ногами старые пушки, а внизу — весь Лиссабон: Байша, расчерченная, как тетрадь в клетку, холмы Шиаду и Байру-Алту, красный мост над рекой и серебряная Тежу. Отсюда видно всё. Именно поэтому за этот холм дрались почти три тысячи лет: люди жили здесь ещё в железном веке, потом пришли римляне, вестготы, а в восьмом веке — мавры, для которых город назывался аль-Ушбуна.

Летом 1147 года у этих стен появился Афонсу Энрикеш, первый король Португалии, — это его бронзовая фигура стоит рядом. С ним были крестоносцы: англичане, фламандцы, немцы, плывшие во Второй крестовый поход в Святую землю. Епископ Порту уговорил их задержаться: мол, неверные есть и поближе, а добыча богаче. Осада длилась около четырёх месяцев. Город голодал, осаждающие строили подвижные башни и рыли подкопы, и в конце октября мавры сдались.

Условия капитуляции обещали жителям жизнь и имущество, но часть крестоносцев их нарушила: город разграбили, многих убили. Мы знаем об этом от самих участников, прежде всего из письма английского священника, который был в лагере осаждающих и не стал приукрашивать.

Есть и легенда. Рыцарь по имени Мартин Мониш увидел, что защитники приоткрыли ворота, бросился в проём и застрял в нём собственным телом, не давая створкам закрыться, пока не подоспели свои. Он погиб, но ворота остались открытыми. Существовал ли он на самом деле, историки спорят. Но в северной стене замка есть ворота его имени, а внизу, у подножия холма, — целая площадь Мартин-Мониш.

Святой Георгий появился позже. В конце четырнадцатого века король Жуан Первый, заключивший союз с Англией и женившийся на английской принцессе Филиппе Ланкастерской, посвятил крепость английскому святому. А многое из того, что ты видишь, — реконструкция 1938–1940 годов: режим Салазара достраивал зубцы и башни, создавая образ идеальной средневековой крепости. Красиво... но чуть более средневеково, чем было на самом деле. Теперь выйди из ворот крепости и сверни в тихий квартал у её стен, к маленькой белой церкви Санта-Круш.