Санта-Феличита: Галилей читает Данте

Чем это место примечательно?

Подними голову: прямо над портиком церкви Санта-Феличита проходит коридор Вазари, тот самый крытый переход, по которому Медичи ходили из Палаццо Веккьо в Палаццо Питти, не смешиваясь с толпой.

Ключевые факты

Open the walk

Подними голову: прямо над портиком церкви Санта-Феличита проходит коридор Вазари, тот самый крытый переход, по которому Медичи ходили из Палаццо Веккьо в Палаццо Питти, не смешиваясь с толпой. Сама церковь очень древняя: христиане собирались на этом месте ещё в поздней античности, и Санта-Феличита считается одной из старейших церквей Флоренции. Внутри церкви у них даже была своя ложа: герцог слушал мессу через окошко, не спускаясь к простым смертным.

Если зайдёшь внутрь, справа от входа увидишь «Снятие с креста» Понтормо: розовые, лимонные, голубые фигуры, которые как будто ничего не весят. Это одна из самых странных и прекрасных картин Флоренции. Рядом в той же капелле его «Благовещение», а в парусах свода — евангелисты, которых Понтормо писал вместе с учеником Бронзино. Но мы пришли ради другого человека.

От этой площади вверх, к форту Бельведер, карабкается крутая улица Коста-Сан-Джорджо. На ней какое-то время жил Галилео Галилей, придворный математик великого герцога. И вот что мало кто знает: прежде чем стать физиком, разругавшимся с инквизицией, Галилей был страстным читателем поэзии. В 1588 году молодой учёный прочитал во Флорентийской академии две лекции о форме, месте и размерах дантовского Ада. Он всерьёз вычислял, какой глубины воронка, какого роста Люцифер, и спорил с другими комментаторами, как спорят о геометрии.

А ещё Галилей обожал Ариосто и недолюбливал Тассо. Он исписал поля «Освобождённого Иерусалима» язвительными заметками, сравнивая поэму Тассо с кабинетом курьёзов мелкого собирателя, а поэму Ариосто с королевской галереей. Свои великие научные книги он писал не на латыни, а на живом итальянском, в форме диалогов, остроумных и драматичных. Итальянцы до сих пор считают Галилея не только учёным, но и одним из лучших прозаиков своего языка. Друзья ценили его за остроумие, противники боялись его памфлетов.

Так что, когда в 1633 году его судили за «Диалог о двух главнейших системах мира», судили в том числе и блестящую книгу. К слову, три его пальца и зуб, отделённые от тела при перезахоронении в 1737 году, сегодня хранятся во флорентийском Музее Галилея. Теперь вернись на Виа-Гвиччардини и пройди несколько десятков шагов к дворцу Питти. Там жили два флорентийца, которые научили Европу думать о власти без иллюзий.