Базилика Сан-Лоренцо и библиотека Лауренциана

Чем это место примечательно?

Встань на Пьяцца-ди-Сан-Лоренцо, у памятника сидящему воину, и посмотри на церковь. Фасад — голая шершавая кладка, будто строители ушли на обед пятьсот лет назад и так и не вернулись. Это базилика Сан-Лоренцо, приходская церковь Медичи и их семейная усыпальница.

Ключевые факты

Open the walk

Встань на Пьяцца-ди-Сан-Лоренцо, у памятника сидящему воину, и посмотри на церковь. Фасад — голая шершавая кладка, будто строители ушли на обед пятьсот лет назад и так и не вернулись. Это базилика Сан-Лоренцо, приходская церковь Медичи и их семейная усыпальница.

Церковь на этом месте стояла уже в конце четвёртого века, по преданию её освящал святой Амвросий Медиоланский, и какое-то время она была главным храмом города. Нынешнюю начал Брунеллески в 1419 году на деньги Джованни ди Биччи Медичи, основателя семейного богатства. Его Старая сакристия — одна из первых построек Возрождения, и в ней же похоронен сам Джованни. Позже папа Лев Десятый, тоже из Медичи, заказал фасад Микеланджело. Тот сделал деревянную модель, месяцами пропадал в каменоломнях... а потом договор расторгли, и фасад остался голым до сих пор.

Внутри, перед главным алтарём, в полу — простая плита. Под ней, в крипте, лежит Козимо Старший, и на плите написано: «Отец отечества». Рядом, по собственному желанию, похоронен его друг Донателло. А памятник на площади — это Джованни делле Банде Нере, Джованни Чёрных отрядов, знаменитый кондотьер из младшей ветви Медичи. Его сын Козимо Первый станет герцогом, и с него начнётся династия, о которой ты будешь слышать всю прогулку.

Слева от фасада — вход во внутренний двор, а над его галереей тянется библиотека Лауренциана. Её заказал у Микеланджело ещё один папа из Медичи, Климент Седьмой. Сначала попадаешь в высокий вестибюль, где каменная лестница стекает вниз, как застывшая лава, а потом в длинный зал с деревянными партами. Редкие рукописи когда-то приковывали к этим партам цепями, чтобы ни один учёный гость не унёс сокровище домой.

Медичи были банкирами, но настоящим их капиталом были книги, картины и люди. Без этого капитала не было бы ни Лауренцианы, ни половины того, что ты увидишь сегодня. А сейчас пройди через ряды уличного рынка с кожей и шарфами на север, к огромному зданию из чугуна и стекла.