Санктуарий Св. Анджея Бобола: 44 мученика в подвале

Национальный санктуарий Святого Анджея Боболи на улице Раковецкой в Варшаве известен подвальной часовней расстрела, где 2 августа 1944 года эсэсовцы убили около сорока иезуитов и мирных жителей. Здание открылось в 1935 году как Дом писателей иезуитов при поддержке папы Пия XI. После расстрела иезуит Бруно Павельчик убедил пленников замуровать комнату с погибшими. Место трагедии превратили в часовню, а новый храм освятил кардинал Юзеф Глемп в 1988 году.

Варшawa · from the walk “Боги нового времени: костёлы Варшавы после 1945” · audio ~3 min · Generated

ul. Rakowiecka 61, Warszawa

Что произошло 2 августа 1944 года в подвале санктуария Святого Анджея Боболи в Варшаве?

Мы стоим на улице Раковецкой, шестьдесят один... и под нашими ногами — буквально — лежит одна из самых трагических страниц ВаршАвского восстания. Это Национальное санктуАрий Святого АнджЕя бобОли. Но прежде чем оно стало храмом... здесь был просто Дом Писателей ордена иезуИтов. Первого декабря тысяча девятьсот тридцать пятого года папа Пий ОдиннАдцатый — тот самый АхИлле Ратти — лично финансировал открытие этого дома. А почему итальянский папа так любил Польшу? Потому что, будучи нунцием в ВаршАве в тысяча девятьсот двадцатом году, он был одним из Немногих дипломатов, кто не покинул столицу во время Битвы ВаршАвской, когда большевики стояли у ворот города. Он остался... и поляки этого не забыли. В тысяча девятьсот тридцать восьмом году в часовню этого дома привезли из Рима реликвии святого АнджЕя бобОли — иезуита, канонизированного семнадцатого апреля того же года. Но кем был этот святой? Польский миссионер шестнадцатого века, прозванный «охотником за душами», был захвачен и замучен до смерти казаками Хмельницкого шестнадцатого мая тысяча шестьсот пятьдесят седьмого года. Ватиканская конгрегация позже написала, что в истории церкви не было зафиксировано Второго столь жестокого мученичества. А теперь — самое страшное. Второго августа тысяча девятьсот сорок четвёртого года... Второй день восстания. Монастырь на Раковецкой оказался между линиями повстанцев и немцев. Утром здание попало под обстрел, а затем эсэсовцы ворвались внутрь, обвинив священников в том, что из здания ведётся огонь. Это был лишь предлог для расправы. Монахов и мирных жителей ограбили, согнали в тесную камеру в подвале... и начали бросать внутрь гранаты. Раненых добивали из автоматов. Около сорока поляков погибли: восемь священников, восемь братьев-иезуитов и более двадцати мирных людей. Среди погибших были как минимум восемь женщин и десятилетний мальчик-министрАнт. Но четырнадцать человек Выжили! Раненые, притворившиеся мёртвыми среди груды тел, сумели выбраться из комнаты, когда солдаты временно ушли. Через два дня те, кто прятался в котельной, связались с жителями соседнего дома, и пятого августа военные медсёстры из госпиталя Армии Крайовой тайно эвакуировали всех выживших. А потом произошло нечто удивительное. Иезуит отец БрУно Павельчик, который в момент расстрела находился в другой части города и попал в немецкий плен, оказался в команде по уборке тел. Когда его группу привели на Раковецкую, он убедил товарищей замуровать комнату с телами — вместо того чтобы выносить их. Благодаря этому после войны удалось провести эксгумацию. Комната расстрела была превращена в часовню, а обожжённые останки жертв захоронены прямо под её полом. После войны начались хлопоты о строительстве храма. Власти сначала дали согласие... а затем в тысяча девятьсот пятьдесят восьмом отменили его. На новое разрешение пришлось ждать Более двадцати лет — его получили лишь девятнадцатого мая тысяча девятьсот восьмидесятого года. Новый храм освятил кардинал ЮзЕф ГлЕмп семнадцатого апреля тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года — ровно в пятидесятую годовщину канонизации святого АнджЕя бобОли. А в двухтысячном восьмом этот храм получил статус Национального санктуАрия. Так что, стоя здесь... вы стоите над местом, где Мученичество семнадцатого века встретилось с мученичеством двадцатого. И где память... замурована в стенах.

Nearby stories