Костёл Воздвижения Креста Господня: Кшиштоф Кесьлёвский и «Декалог»

Чем это место примечательно?

Остановитесь на секунду. Оглянитесь вокруг. Вы стоите на Осиедле Урсынов... тогда, в конце восьмидесятых, это было типичное блоковище с тонкими, только что высаженными деревцами и прудом на краю района. А рядом — строящийся костёл.

Ключевые факты

Open the walk

Остановитесь на секунду. Оглянитесь вокруг. Вы стоите на Осиедле Урсынов... тогда, в конце восьмидесятых, это было типичное блоковище с тонкими, только что высаженными деревцами и прудом на краю района. А рядом — строящийся костёл. Именно здесь, среди панельных многоэтажек и пустырей, Кшиштоф Кесьлёвский снял свой «Декалог» — десять часовых фильмов, написанных совместно с Кшиштофом Песевичем, с музыкой Збигнева Прайснера. Знаете, что самое удивительное? Инженерия социалистического государства планировала Урсынов как полностью атеистический район. В проектах предусмотрели магазины, парковки, дома культуры и даже школу социалистической молодёжи... но ни одного храма. Однако в середине семидесятых ксёндз Тадеуш Войдат добился невозможного — и в тысяча девятьсот восьмидесятом году власти согласились на строительство. Проект создали два известных архитектора — Марек Будзыньский и Збигнев Бадовский, авторы здания Библиотеки Варшавского Университета и Верховного Суда. Сам Будзыньский был главным архитектором всего Осиедла Урсынов Северный, и потому костёл не противоречит окружающей среде, а спорит с ней... Его формы отсылают и к бароко, и к готике — необработанный кирпич, контрфорсы, а сам стиль — пример постмодернизма. А теперь представьте себе сцену. Тысяча девятьсот восемьдесят восьмой год. Зима. Недостроенный костёл открыт для верующих лишь с мая тысяча девятьсот восемьдесят девятого. А Кшиштоф — герой первого «Декалога» в исполнении Хенрика Барановского — входит в пустой, освещённый свечами храм. Его единственный сын только что утонул... в нескольких десятках метров отсюда. Обезумевший от горя отец в приступе гнева опрокидывает импровизированный алтарь. Горящие свечи роняют белый воск на икону Чёрной Мадонны Ченстоховской... и кажется, что Мадонна плачет. А потом Кшиштоф падает на колени, тянется к сосуду со святой водой... но вода замёрзла. Этот фильм потряс весь мир. В тысяча девятьсот девяносто первом году Стэнли Кубрик написал предисловие к опубликованному сценарию, назвав «Декалог» единственным кинематографическим шедевром, который он может вспомнить! Весь цикл был показан на сорок шестом Венецианском кинофестивале, а позже включён в список фильмов Ватикана в категории «Ценности». Посмотрите на фасад ещё раз. В центре кирпичной стены — огромное окно в форме креста с необычным бетонным орнаментом. Этот крест — не просто архитектурный элемент. Для тех, кто видел «Декалог», он навсегда стал символом вопроса, который задаёт Кесьлёвский: где граница между разумом и верой... и что остаётся, когда оба терпят крах?