Варшава в красках: искусство и культура в сердце столицы

От сталинского колосса до тайных двориков Старого города

Варшава · 15 stops · 7.9 km · ~2.5 h · Generated March 2026

1. Дворец культуры и науки

Pałac Kultury i Nauki, plac Defilad 1, Warszawa

Поднимите голову... Выше. Ещё выше. Вот он — Дворец культуры и науки. Двести тридцать семь метров камня, стали и противоречий. Самое узнаваемое и самое ненавидимое здание Польши.

В тысяча девятьсот сорок девятом году Сталин выдвинул идею подарить Варшаве небоскрёб. Подарок, которого никто не просил. Город лежал в руинах после войны... а вместо жилья народ получил этот монумент советской мощи. Чтобы расчистить площадку, снесли около восьмидесяти уцелевших зданий довоенного центра.

Архитектор Лев Руднев — тот самый, что строил московские высотки «Семь сестёр» — перед началом работ объехал Краков, Замосць, Сандомеж и Казимеж-Дольны. Он искал элементы польской архитектуры, чтобы вплести их в проект. Присмотритесь к нижним ярусам — вы увидите ренессансные аттики, скопированные с южнопольских дворцов. А сам стиль? Говорят, Сталин тайно отправлял делегацию в Нью-Йорк изучать Эмпайр-стейт-билдинг.

А вот как выбирали высоту! Самолёт летал над стройплощадкой, таща за собой воздушный шар. Сто метров... сто десять... сто двадцать. Советская сторона сказала: «Достаточно». Но главный архитектор Варшавы Юзеф СигАлин после каждого пролёта кричал: «Выше!» В итоге башня доросла до двухсот тридцати семи метров.

Строили три тысячи пятьсот советских рабочих и четыре тысячи поляков — всего за три года. Шестнадцать человек погибли, их похоронили на православном кладбище на Воле, и за могилами до сих пор ухаживает администрация дворца.

Варшавяне мстили юмором. Прозвища: «ПекИн» — от аббревиатуры Пкин, «шприц», «слон в кружевных подштанниках», а поэт Владислав Броневский назвал его «кошмарный сон пьяного кондитера».

А знаете, кто здесь живёт сегодня? На сорок втором этаже гнездятся сапсаны — хищные соколы. А в подвале — колония котов, которые охраняют здание от крыс. Официально. За ними ухаживает специальный смотритель.

Тринадцатого апреля тысяча девятьсот шестьдесят седьмого года здесь, в Зале Конгрессовом, отыграли Роллинг Стоунз — один из первых западных рок-концертов за Железным занавесом. Билеты раздали членам партии... а настоящие фанаты штурмовали двери. Концерт закончился бунтом, водомётами и слезоточивым газом.

А знаменитая шутка варшавян? Лучшая смотровая площадка в городе — на тридцатом этаже этого дворца. Почему? Потому что это Единственное место, откуда его не видно.
2. Музей неонов (филиал в ДКН)

Neon Muzeum, plac Defilad 1, Warszawa

Представьте себе Варшаву конца пятидесятых. Город, который ещё недавно лежал в руинах после войны, утопает в серости сталинского бетона. И вдруг... власти решают его Раскрасить. Не краской — а светом.

После смерти Сталина в тысяча девятьсот пятьдесят третьем году наступила так называемая хрущёвская оттепель, и польские коммунисты запустили невероятный проект — «неонизацию». Цель? Превратить Варшаву в неоновую столицу мира, чтобы соперничать с ночным блеском Парижа и Лондона. Три компании — «Люмен», «Спуйня» и «Реклама» — были объединены в одну государственную фабрику, которая на пике работы насчитывала более трёхсот сотрудников, включая... двух штатных психологов, изучавших влияние неона на настроение людей!

Но вот что удивительно — это была реклама Без брендов. В социалистическом государстве не было частных магазинов. Поэтому вывески просто сообщали: «Ювелир», «Швейные машины», «Танцы», «Театр». А государственная инструкция даже предписывала цвета: красный — для мясных лавок, зелёный — для бакалеи, жёлтый — для пекарен.

Лучшие художники знаменитой Польской школы плаката — Ян Мухарски, Тадеуш Роговски — создавали причудливые шедевры. Неоновая русалка верхом на книге обозначала библиотеку. Гигантская корова, обнимающая бутылку молока — столовую. А неоновый глобус диаметром Пять метров появился в центре Варшавы ещё в тысяча девятьсот пятидесятом — при живом Сталине, который ненавидел западную неоновую рекламу! Оригинал этого глобуса сейчас хранится именно здесь, в музее.

К восьмидесятым деньги кончились, а при введении военного положения в тысяча девятьсот восемьдесят первом году неоны просто выключили. После падения коммунизма их стали срывать и выбрасывать на свалки. Казалось, эта история исчезнет навсегда...

Но в две тысячи пятом году фотограф Илона Карвиньска и дизайнер Дэвид Хилл заметили на Маршалковской улице умирающую вывеску «Берлин» — рекламу магазина восточногерманского текстиля. Они вернулись через две недели, а вывеска уже была снята. Илона позвонила владельцам и узнала, что буквы валяются в подсобке, ожидая утилизации. Она забрала их... и это стало началом. Коллекция росла — на балконах друзей, в гаражах. Люди звонили на специальную горячую линию и сообщали, где ещё можно спасти неон. В две тысячи двенадцатом году открылся музей, а в две тысячи двадцать пятом он переехал сюда — на четвёртый этаж Дворца культуры и науки, того самого «подарка Сталина». Теперь сотни спасённых вывесок сияют в самом сердце города, который они когда-то украшали.
3. Площадь Конституции и её фрески

plac Konstytucji, Warszawa

Остановитесь перед этими монументальными зданиями и поднимите голову. Вы стоите на Площади Конституции... парадной витрине сталинской Варшавы.

Этот плац торжественно открыли двадцать второго июля тысяча девятьсот пятьдесят второго года — в тот самый день, когда была принята конституция Польской Народной Республики. Совпадение? Разумеется, нет. Всё было срежиссировано до мелочей.

Во время Второй мировой войны более семидесяти процентов жилой застройки Варшавы было уничтожено. В начале пятидесятых город всё ещё представлял собой грязные, покрытые копотью и сажей руины, а улицы были завалены обломками. И вот... прямо посреди этого хаоса вписывают Сверкающий ансамбль улиц и площадь, облицованную камнем, как с иголочки. Это производило колоссальное впечатление!

Сам президент Болеслав Берут лично приезжал на стройку, разглядывал планы и указывал архитекторам, что увеличить, а что уменьшить. Диктатор в роли главного дизайнера! А по первоначальному замыслу в центре площади должен был стоять Огромный памятник Иосифу Сталину. К счастью, этот план так и не был реализован.

Но главный секрет площади — над вашими головами. Мало кто из прохожих догадывается задрать голову в подворотнях. Профессор Ханна Жулавская из Сопота вместе со своими студентами создала четыре больших мозаики, которые украшают Потолки аркад. Они называются «Весна», «Лето», «Осень» и «Зима» и изображают людей разных профессий и возрастов — все равны, все живут в обществе без классов. Коммунистическая мечта... размещённая ближе к небу.

«Весна» — это радостный первомайский парад. «Лето» — дожинки с венком и жнецами. «Осень» — учитель за столом с глобусом. А «Зима»... а вот тут начинается самое ироничное. Зимняя мозаика изображает рабочую семью на Лыжах. Хотя мы прекрасно знаем, что простые рабочие семьи не могли позволить себе лыжный отдых — это было привилегией партийной элиты.

А ещё любопытный факт: Алина ШапОчникoв — ныне всемирно известная скульпторша, чьи работы выставлены в нью-йоркском Музее современного искусства — в начале пятидесятых тоже создавала соцреалистические скульптуры, которые до сих пор украшают здания на этой площади. Впрочем, позже она сама публично критиковала организацию этого сотрудничества между архитекторами и художниками.

А писательница Мария ДомбрОвская, убеждённая противница сталинизма, записала в своём дневнике, что, гуляя с подругой по новой площади, они «пели от восторга». Даже враги режима не устояли перед красотой этого места посреди руин.

Посмотрите вокруг ещё раз. Монументальные здания с широкими аркадами на первых этажах — стиль, напрямую скопированный с советской архитектуры сороковых годов. Пропаганда, застывшая в камне... которая сегодня читается совершенно иначе — как памятник исчезнувшей эпохе и несбывшимся утопиям.
4. Огród Saski — Саксонский сад

Ogród Saski, ul. Marszałkowska, Warszawa

Вы стоите перед одним из самых древних публичных парков не только Варшавы, но и Всего мира. Основанный в конце семнадцатого века, Саксонский сад был открыт для публики в тысяча семьсот двадцать седьмом году... задолго до того, как свои ворота распахнули Версаль, Петергоф или Летний сад в Петербурге. Парк Саксонского дворца стал общедоступным двадцать седьмого мая тысяча семьсот двадцать седьмого года — раньше Версаля, раньше Петергофа, раньше виллы д'Эсте!

Но как появился этот сад? Когда-то здесь были варшавские укрепления — так называемые Сигизмундовы валы — и дворец, построенный в тысяча шестьсот шестьдесят шестом году для могущественного аристократа Яна Анджея Морштына. В тысяча семьсот тринадцатом году король Август Второй Сильный выкупил это здание и задумал грандиозный проект — «Саксонскую ось», соединяющую дворцы и парки от окраин Варшавы до самой Вислы. Сад был создан по проекту Маттеуса Даниэля Пёппельмана и Захариаса ЛонгелЮна — того самого Пёппельмана, который построил знаменитый Цвингер в Дрездене!

Прогуляйтесь по центральной аллее... По плану тысяча семьсот сорок пятого года здесь стояло Семьдесят скульптур, к тысяча семьсот девяносто седьмому году осталось тридцать семь, а до наших дней дожили лишь двадцать. Куда же пропали остальные? Часть скульптур была вывезена Суворовым в Петербург после подавления восстания Костюшко в тысяча семьсот девяносто четвёртом году.

А теперь взгляните на три арки колоннады у площади Пилсудского. Это Всё, что осталось от огромного Саксонского дворца. Двадцать седьмого декабря тысяча девятьсот сорок четвёртого года нацисты взорвали дворец. Три месяца после подавления Варшавского восстания... и дворец был уничтожен. Чудом уцелел лишь крохотный фрагмент аркады — именно тот, где находилась Гробница неизвестного солдата.

А история самой гробницы удивительна! В октябре тысяча девятьсот двадцать пятого года на кладбище защитников Львова были эксгумированы три гроба — сержанта, капрала и рядового. Гроб для Варшавы выбрала Ядвига ЗаругЕвичова — мать солдата, погибшего в бою, чьё тело так и не было найдено. Выбор матери, потерявшей сына... Второго ноября тысяча девятьсот двадцать пятого года прах был торжественно захоронен под колоннадой дворца.

В довоенные годы сам дворец служил не только резиденцией — в нём располагался Варшавский лицей, где преподавал отец Фредерика Шопена. Позже здание стало штабом Генерального штаба Польской армии.

И вот что поразительно — в две тысячи двадцать первом году правительство Польши начало проект восстановления Саксонского дворца, а в две тысячи двадцать третьем конкурс выиграла варшавская архитектурная студия Wxca. Завершение реконструкции планируется к две тысячи тридцатому году. Так что, возможно, через несколько лет эти одинокие три арки снова станут частью величественного дворца... а пока вечный огонь горит под открытым небом, напоминая о хрупкости и стойкости этого города.
5. Захента — Национальная галерея искусств

Zachęta Narodowa Galeria Sztuki, plac Stanisława Małachowskiego 3, Warszawa

Перед вами — величественное здание в стиле неоренессанса с латинским словом "Артибус" — "Искусствам" — высеченным над порталом. Это Захента... что в переводе с польского означает "поощрение". И у этого храма искусства — поистине драматическая судьба.

Всё началось в тысяча восемьсот шестидесятом году, когда группа художников во главе с Войцехом Герсоном основала Общество поощрения изящных искусств. Это было первое подобное учреждение в русской части разделённой Польши. Почти сорок лет общество ютилось в арендованных помещениях... пока архитектор Стефан Шиллер не спроектировал это здание. Пятнадцатого декабря тысяча девятисотого года двери Захенты открылись для публики.

Но запомните эту дату — пятнадцатое декабря. Потому что Ровно через двадцать два года, шестнадцатого декабря тысяча девятьсот двадцать второго, здесь произошла трагедия, навсегда изменившая польскую историю. Первый президент независимой Польши Габриэль НарутОвич пришёл на открытие ежегодного салона живописи. Он занимал свой пост всего Пять дней. Художник и критик Элигиуш НевядОмский достал пистолет... и трижды выстрелил президенту в спину. Три выстрела с близкого расстояния.

Самое поразительное — убийца сам был художником! Он принадлежал к движению "Молодая Польша" и был связан с правым националистическим лагерем. На суде он заявил, что изначально хотел убить Юзефа Пилсудского. А знаете, что произошло после казни НевядОмского у стен Варшавской цитадели? Его могила стала святыней для правых радикалов, а за несколько месяцев более трёхсот новорождённых в Варшаве были названы редким именем Элигиуш.

Сегодня один из залов галереи носит имя Нарутовича. А Захента продолжает будоражить умы! В двухтысячном году здесь показали скульптуру итальянца Маурицио Каттелана — восковую фигуру Папы Иоанна Павла Второго, придавленного метеоритом. Депутат парламента Витольд Томчак ворвался в зал и попытался "спасти" Папу, сняв метеорит со скульптуры и повредив её. Директору галереи Анде Роттенберг пришлось уйти в отставку.

Эти стены видели и нацистскую пропаганду — во время оккупации здание превратили в "Дом немецкой культуры". А при отступлении в сорок пятом немцы пытались его поджечь. Но Захента выстояла. Как выстояла она после артиллерийских обстрелов Варшавского восстания. Это здание — словно летопись всей польской истории двадцатого века, где искусство и политика переплетены неразрывно.
6. Пałac Czapskich — Академия изящных искусств

Pałac Czapskich, Krakowskie Przedmieście 5, Warszawa

Перед вами — Палац Чапских, одно из самых многослойных зданий на всём Краковском Предместье. Сегодня тут располагается Варшавская Академия изящных искусств, но за этими стенами скрыта история, которую не расскажет ни один путеводитель.

В первой половине семнадцатого века на этом месте стоял скромный деревянный двор, принадлежавший роду Радзивиллов. Около тысяча шестьсот восемьдесят шестого года для примаса Польши Михала Стефана Раджеёвского возвели каменный дворец по проекту голландского архитектора Тильмана ван Гамерена. Дворец менял хозяев не менее Десяти раз. Именно здесь жил Станислав Малаховский, маршал Сейма, который в тысяча семьсот девяносто первом году стал соавтором Конституции третьего мая — Второй в мире и Первой в Европе кодифицированной конституции. Представьте... прямо в этих залах обсуждались черновики документа, изменившего историю.

Но самая трогательная страница связана с именем Фридерика Шопена. С тысяча восемьсот двадцать седьмого по тысяча восемьсот тридцатый год Шопен жил здесь с семьёй в южной офицыне дворца. Это было его Последнее пристанище в Варшаве перед изгнанием. Юный Фридерик получил тут отдельный кабинет для работы. В письме другу Титусу Войцеховскому он описывал свою комнатку: старый фортепиан, старое бюро — его тихий угол на чердаке. Друзья заглядывали к нему по дороге в Университет, который прямо через улицу.

А знаете ли вы, что другой великий поляк — поэт Циприан Камил Норвид — тоже связан с этим дворцом? В тысяча восемьсот тридцать седьмом году именно здесь, в школе живописи Александра Кокулара, юный Норвид учился рисованию. Годы спустя он напишет знаменитый пеан «Фортепиан Шопена» — поэтическую реакцию на события тысяча восемьсот шестьдесят третьего года, когда после покушения повстанцев на царского наместника генерала Берга российские солдаты выбросили фортепиан Шопена из окна дворца Замойских, и инструмент разбился на мостовой.

В сентябре тысяча девятьсот тридцать девятого года главный корпус дворца сгорел от немецких бомб, а в тысяча девятьсот сорок четвёртом были выжжены и офицыны. После войны разрушения оценили примерно в семьдесят процентов. И всё же Варшава не сдалась! Дворец восстановили в период с тысяча девятьсот сорок восьмого по тысяча девятьсот пятьдесят девятый год по проекту архитектора Станислава Брукальского, вернув ему облик восемнадцатого века. А в тысяча девятьсот пятидесятом году во дворе дворца установили копию знаменитого венецианского памятника кондотьеру Бартоломео Коллеони — настоящий привет из Италии в сердце Варшавы.

Обратите внимание на ворота со стороны улицы. Их по-прежнему украшают каменные орлы, установленные семьёй Чапских ещё в середине восемнадцатого века. Они пережили войны, пожары и оккупации... и всё ещё смотрят на вас сверху вниз, храня память этого удивительного места.
7. Варшавский университет — ворота и двор

Brama Główna Uniwersytetu Warszawskiego, Krakowskie Przedmieście 26/28, Warszawa

Остановитесь перед этими величественными воротами и поднимите взгляд. Видите орла в короне, окружённого пятью звёздами? Каждая звезда — это один из пяти первых факультетов, с которых начинался Варшавский университет в тысяча восемьсот шестнадцатом году. А в когтях орёл сжимает пальмовую и лавровую ветви — символы терпеливого труда и заслуженной награды.

Но вот что знают немногие. Эти ворота, спроектированные архитектором Стефаном Шиллером в необарочном стиле, были открыты в тысяча девятьсот одиннадцатом году — когда университет ещё находился под властью Российской империи. И тогда на месте орла красовалась... коронованная буква «А» — в честь основателя университета, царя Александра Первого. Лишь в октябре тысяча девятьсот шестнадцатого года, когда русские войска отступили, над воротами появился польский орёл в короне. Это было Больше, чем академическая церемония — это стало патриотической манифестацией польской молодёжи.

Теперь обратите внимание на две фигуры в нишах по бокам. Справа — Афина со шлемом, символ мира. Слева — Урания с глобусом, символ знания. Скульптор Зигмунт Лангман создал их по образцу античных оригиналов из Ватиканских музеев. Во время Варшавского восстания тысяча девятьсот сорок четвёртого года обе фигуры были серьёзно повреждены и вернулись на своё место лишь после реконструкции в тысяча девятьсот восемьдесят втором году.

А за этими воротами, во дворе, разворачивались одни из самых драматичных страниц польской истории. Во время немецкой оккупации университет закрыли, кампус превратили в военные казармы с бункерами и пулемётными гнёздами. Образование на польском языке каралось Смертью. Но профессора создали так называемый «Тайный Варшавский университет» — лекции проводились в маленьких группах, по частным квартирам. К тысяча девятьсот сорок четвёртому году в подпольном университете преподавали более трёхсот лекторов и учились три с половиной тысячи студентов!

И ещё одна глава. Восьмого марта тысяча девятьсот шестьдесят восьмого года именно здесь, во дворе за этими воротами, вспыхнул знаменитый студенческий митинг — протест против цензуры и исключения из университета Адама Михника и Хенрика Шляйфера. Милиция и так называемые «рабочие активисты» жестоко разогнали мирных студентов... но искра, зажжённая за этими решётками, разлетелась по всей Польше — протесты охватили десятки городов. Сегодня за главными воротами висит мемориальная доска в память о тех событиях. Каждый год восьмого марта сюда приходят, чтобы вспомнить — свобода начинается с отваги.
8. Театр «Польский» — Театр Польски

Teatr Polski, ul. Karasia 2, Warszawa

Перед вами — один из самых удивительных театров Варшавы. Театр Польски. Здание, которое стоит здесь с тысяча девятьсот тринадцатого года... и которое пережило Всё, что двадцатый век обрушил на этот город.

Но начнём с человека, без которого этих стен просто не существовало бы. Арнольд Шифман — невысокий, худощавый выходец из еврейской семьи маленького галицийского городка Уланув. Доктор философии, неудачливый кабаретист... и Великий мечтатель. Он построил этот театр за Девять месяцев — во многом, чтобы произвести впечатление на свою возлюбленную, актрису Марию Пшибылко-Потоцкую.

Здесь была установлена Первая в Польше сцена-вертушка — революционная вращающаяся сцена! Перед строительством Шифман с архитектором Чеславом Пшибыльским объехали всю Европу, изучая лучшие театральные здания. И когда двадцать девятого января тысяча девятьсот тринадцатого года поднялся занавес... первой постановкой стал «Иридион» Зыгмунта Красиньского.

Но судьба проверяла этот театр снова и снова. Во время Первой мировой войны Шифман, как подданный Австро-Венгрии, был депортирован в глубь России. Театр выстоял без него. А потом пришла Вторая мировая... Шифман был арестован гестапо второго марта тысяча девятьсот сорокового года. После полугода тюрьмы он начал скрываться под вымышленными именами — Адам Сплавский, Адам Славиньский. Еврейское происхождение означало для него смертный приговор.

А его театр? Шестого октября тысяча девятьсот сорокового года нацисты переименовали его в «Театер дер Штадт Варшау» — Театр города Варшавы. Но когда после Варшавского восстания тысяча девятьсот сорок четвёртого года немцы методично уничтожали город, они Пощадили это здание. Это одно из немногих зданий Варшавы, не разрушенных во Второй мировой. И Единственный театр начала двадцатого века в столице, сохранившийся в первозданном виде.

Шифман все годы оккупации прятался в поместье Морстинов в Плавовицах. Там он... преподавал польскую литературу на тайных курсах и ставил подпольные спектакли. А после войны вернулся. Семнадцатого января тысяча девятьсот сорок шестого года театр возродился постановкой «Лилла Венеда» Словацкого. Это был первый национализированный театр в Польше — частное детище Шифмана стало государственным.

Посмотрите на эти стены. Внутри до сих пор сохранилась оригинальная вращающаяся сцена тысяча девятьсот тринадцатого года. Тот самый механизм, который задумал человек, выгнанный из гимназии... и изменивший польский театр навсегда.
9. Памятник Копернику

Pomnik Mikołaja Kopernika, Krakowskie Przedmieście 72, Warszawa

Перед вами — один из самых узнаваемых памятников Варшавы. Бронзовый Коперник сидит в академической мантии, держит в руках компас и армиллярную сферу... и смотрит в небо, словно до сих пор разгадывает тайны Вселенной.

Этот монумент создал знаменитый датский скульптор Бертель Торвальдсен. Заказ был оформлен ещё в тысяча восемьсот двадцатом году по инициативе философа и учёного Станислава Сташица. А знаете, где изначально должен был стоять этот памятник? Не в Варшаве! Его планировали установить в Торуни — родном городе Коперника. Говорят, сам Наполеон в тысяча восемьсот седьмом году удивился, что в Торуни нет монумента великому астроному. Но после падения Варшавского герцогства и прусской оккупации региона... памятник пришлось перенести сюда, в Варшаву.

Торжественное открытие состоялось одиннадцатого мая тысяча восемьсот тридцатого года. Церемонию возглавил Юлиан Урсын Немцевич — боевой соратник самого Тадеуша Костюшко. Но вот что любопытно... польское духовенство Отказалось присутствовать на церемонии! Ведь книга Коперника была осуждена Святой Инквизицией ещё в тысяча шестьсот шестнадцатом году.

Но самая драматичная глава в истории этого памятника... наступила во время Второй мировой войны. Вскоре после оккупации Варшавы в тысяча девятьсот тридцать девятом году нацисты стёрли латинскую и польскую надписи с постамента и прикрепили табличку на немецком языке: «Великому немецкому астроному — от немецкой нации». Это было невыносимое оскорбление.

И вот — одиннадцатого февраля тысяча девятьсот сорок второго года двадцатиоднолетний скаут-подпольщик Мацей Алексы Давидовский, по кличке «Алек», притворившись пьяным, сорвал немецкую табличку с памятника! В отместку нацисты убрали памятник Яну Килинскому в Национальный музей. Но подпольщики не сдались! Они расписали стены музея надписью: «Варшавяне — я здесь. Ян Килинский!» А на памятнике Копернику появилась новая табличка с дерзким посланием: «За снос памятника Килинскому продлеваю зиму на два месяца. Коперник».

Давидовский погиб через год... ему было всего двадцать два. Посмертно он был награждён серебряным Крестом Виртути Милитари. А памятник Копернику в тысяча девятьсот сорок четвёртом году нацисты вывезли в город Ныса, чтобы переплавить на боеприпасы. Но отступление помешало их планам. Поляки вернули своего Коперника в Варшаву двадцать второго июля тысяча девятьсот сорок пятого года и торжественно открыли его заново в сорок девятом.

Так что этот бронзовый учёный перед вами — не просто памятник астроному. Это символ Сопротивления целого народа.
10. Kościół Wizytek — Церковь Визиток

Kościół Wizytek, Krakowskie Przedmieście 34, Warszawa

Остановитесь перед этим великолепным фасадом... Волнистые линии, колонны парами, игра светотени. Это Костёл Визиток — одна из немногих варшавских святынь, которая Чудом пережила Вторую мировую войну. Когда в тысяча девятьсот сорок четвёртом году восемьдесят пять процентов Варшавы лежало в руинах... эта церковь стояла. Практически нетронутая.

История началась в тысяча шестьсот пятьдесят четвёртом году, когда двенадцать французских монахинь прибыли в Варшаву по приглашению королевы Людвики Марии Гонзаги. Первый деревянный костёл сожгли шведы уже через два года. Второй, каменный, недостроенный, сгорел в тысяча шестьсот девяносто пятом. Нынешний — Третий на этом месте — возводился этапами с тысяча семьсот двадцать седьмого по тысяча семьсот шестьдесят четвёртый год.

А теперь — самое удивительное. Представьте себе ноябрь тысяча восемьсот двадцать пятого года. Пятнадцатилетний Фридерик Шопен... да-да, Тот Самый Шопен... пишет другу восторженное письмо. Он объявляет с мальчишеской гордостью: «Стал я лицейским органистом!» И дальше хвастается: «Играю каждую неделю, по воскресеньям, у Визиток на органе, а остальные поют».

Особенно в последний год пребывания в Варшаве Шопен часто бывал на хорах и охотно играл на органе то фуги разных мастеров, то собственные импровизации. Однажды он так увлёкся импровизацией между частями мессы, что заворожил Всех слушателей! Музыканты и певцы столпились вокруг него, забыв обо всём, пока не прибежал разгневанный ризничий с криком: «Что за безобразие! Священник уже дважды начинает Домиинус вобиискум, мальчишки звонят и звонят у алтаря, а орган не умолкает!»

Существуют свидетельства, что оригинальный орган, на котором играл Шопен, был в тысяча восемьсот шестьдесят девятом году продан, разобран и перевезён в деревенский костёл в Незнамерóвицах, где сгорел во время Первой мировой войны. Так что нынешний инструмент — уже не тот самый... но звучит он в тех же стенах.

Загляните внутрь, если будет возможность. Там вас ждёт уникальная кафедра в форме носа корабля — с мачтой, парусом, сетями и якорем. В девятнадцатом веке серебряный орёл на её носу многими верующими воспринимался как тайный символ независимости Польши, спрятанный на виду у российских властей.

А знаете, кто был ректором этого костёла почти полвека? Ксёндз Ян Твардóвский — самый читаемый польский поэт двадцатого века, с тысяча девятьсот пятьдесят девятого года и до самой смерти. Он жил тут же, в глубине сада, в деревянном домике на территории монастыря. Место, где великий композитор играл на органе... и где великий поэт писал свои стихи. Два гения — через стены одного костёла.
11. Пałac Prezydencki — Президентский дворец

Pałac Prezydencki, Krakowskie Przedmieście 46/48, Warszawa

Перед вами — самый Большой дворец Варшавы. Президентский дворец... Пałac Президéнцки. Здание, которое помнит почти четыреста лет польской истории... и которое чудом уцелело, когда весь город вокруг него лежал в руинах.

Строительство начал в тысяча шестьсот сорок третьем году великий коронный гетман Станислав КонецпОльски — человек настолько богатый, что, по легенде, мог пересечь всю Речь Посполитую, ночуя каждую ночь в собственном поместье. Но дворца своего он так и не увидел завершённым... умер в тысяча шестьсот сорок шестом, через несколько недель после свадьбы с молодой женой. Достраивал резиденцию уже его сын Александр.

А знаете, кто был архитектором? Константино ТенкАлла — тот самый мастер, который создал колонну Сигизмунда на Замковой площади, буквально в нескольких минутах отсюда.

Но вот что Поразительно. В ночь со второго на третье мая тысяча семьсот девяносто первого года именно здесь, в этих стенах, заговорщики из Четырёхлетнего сейма тайно собрались, чтобы спланировать принятие Конституции третьего мая — Первой современной конституции в Европе!

А ещё... именно в этом зале в феврале тысяча восемьсот восемнадцатого года впервые публично выступил восьмилетний Фредерик Шопен! Представьте — ребёнок за роялем в этих грандиозных залах.

Во время Второй мировой оккупанты превратили дворец в «Дóйчес Хаус» — роскошный отель с казино. При реконструкции на лестнице обнаружили фрески с орлами. Немцы хотели уничтожить их как польские символы... но архитекторы убедили оккупантов, что это наполеоновские орлы. Хитрость сработала — фрески сохранились.

А теперь взгляните на конную статую перед дворцом. Князь Юзеф ПонятОвски — маршал Франции, утонувший в реке Эльстер после битвы под Лейпцигом в тысяча восемьсот тринадцатом. Скульптуру создал знаменитый датчанин Бертель Торвальдсен по образцу конной статуи Марка Аврелия в Риме. Но судьба этого памятника... невероятна. Первый бронзовый отлив завершили в тысяча восемьсот тридцать втором — но разразилось Ноябрьское восстание, и русские запретили установку. Статую спрятали в крепости Модлин, потом вывезли в Гомель... в поместье генерала Паскевича. Только в тысяча девятьсот двадцать третьем году памятник вернулся в Варшаву.

А шестнадцатого декабря тысяча девятьсот сорок четвёртого немецкий генерал фон дем Бах-Зелéвски приказал взорвать его. То, что вы видите сейчас — новый отлив, сделанный в Дании по гипсовой модели из музея Торвальдсена в Копенгагене... подарок датского правительства Варшаве. Но коммунисты, придя к власти, спрятали неудобный подарок в парке Лазенки. И лишь в тысяча девятьсот шестьдесят пятом году князь Юзеф наконец занял своё место здесь, перед дворцом.

Именно в Колонном зале этого здания в тысяча девятьсот пятьдесят пятом подписали Варшавский договор, а в тысяча девятьсот восемьдесят девятом — за тем самым Круглым столом — начались переговоры, изменившие Европу навсегда.
12. Замковая площадь и колонна Сигизмунда

Kolumna Zygmunta III Wazy, plac Zamkowy, Warszawa

Вы стоите на Замковой площади... и перед вами — двадцатидвухметровая колонна, на вершине которой бронзовый король вглядывается в город, который он когда-то сделал столицей.

Колонна была возведена в тысяча шестьсот сорок четвёртом году в честь короля Сигизмунда Третьего Вазы, который перенёс столицу Польши из Кракова в Варшаву в тысяча пятьсот девяносто шестом году. Но вот что удивительно: на момент торжественного открытия двадцать четвёртого ноября тысяча шестьсот сорок четвёртого года это был Первый светский монумент в Европе, изображающий не святого, а обычного смертного правителя на колонне. Подумайте... до этого на колоннах стояли только Христос и Дева Мария.

Именно поэтому установка колонны вызвала конфликт между королём Владиславом Четвёртым и папским нунцием Марио Филонарди, который протестовал против того, что фигура светского человека изображена на монументе. Ватикан был в ярости!

А история создания полна курьёзов. Первая колонна была вдвое выше нынешней и не выдержала подготовки к перевозке — треснув посередине, она пролежала в каменоломне, пока скульптор Клемент Молли не доделал этот памятник.

Теперь — легенда. Говорят, когда король на монументе уронит саблю — это предвещает несчастье и гибель города. И в тысяча девятьсот сорок четвёртом это... сбылось. В ночь с первого на второе сентября тысяча девятьсот сорок четвёртого года колонну разрушил прямым попаданием снаряд немецкого танка.

Но вот что поразительно — бронзовая статуя короля уцелела при падении! Сигизмунд потерял лишь саблю, и в тысяча девятьсот сорок девятом его вернули на новый пьедестал.

Есть ещё одна замечательная история. В тысяча семьсот одиннадцатом году Август Второй Сильный предложил колонну в подарок русскому царю Петру Первому во время его визита в Варшаву. Но перевезти её в Россию оказалось технически невозможно. По всей тогдашней Варшаве не нашлось никого, кто справился бы с перевозкой такой махины — и русский царь уехал ни с чем.

Обратите внимание — если обойти Королевский замок, вы увидите оригинальную колонну со следами осколков, которая лежит у южной стены замка. Старая и новая... рядом. Как шрам и исцеление. Как вся Варшава.
13. Королевский замок

Zamek Królewski w Warszawie, plac Zamkowy 4, Warszawa

Перед вами — Королевский замок Варшавы. Взгляните на эту кирпичную громаду с шестидесятиметровой башней Сигизмунда в центре фасада... и попробуйте поверить: Всё, что вы видите — восстановлено практически с нуля.

Четвёртого октября тысяча девятьсот тридцать девятого года Гитлер отдал приказ уничтожить замок. Сначала нацисты методично разграбили его — вывезли мрамор, скульптуры, камины. А потом... сапёры вермахта просверлили в стенах Десятки Тысяч отверстий для динамитных зарядов. В сентябре тысяча девятьсот сорок четвёртого, после подавления Варшавского восстания, замок был взорван. Остались лишь фрагменты стен и подвалы.

Но вот что поразительно. Польские музейщики под руководством профессора Станислава Лоренца, рискуя жизнью и нарушая приказы оккупантов, Тайно выносили из замка сокровища — фрагменты лепнины, деревянные панели, куски паркета. Всё это потом использовали при реконструкции.

А знаете, что помогло восстановить облик Варшавы? Двадцать три картины итальянского художника Бернардо Беллотто, известного как КаналЕтто! Он писал городские виды с помощью камеры-обскуры, добиваясь почти фотографической точности. Эти полотна стали бесценными чертежами для восстановления города.

Решение о реконструкции приняли только в тысяча девятьсот семьдесят первом году — четверть века на месте замка зияла пустота. Деньги собирали всем миром — поляки в Польше и за рубежом жертвовали в специальный гражданский фонд. Восстановление заняло семнадцать лет!

Теперь обратите внимание на башенные часы. Семнадцатого сентября тысяча девятьсот тридцать девятого, когда бомбы Люфтваффе подожгли замок, часы на башне остановились ровно в одиннадцать пятнадцать. Сегодня каждый день в это время трубач играет с башни сигнал — хейнал варшавский — трижды, в три окна, как напоминание.

А что прячет замок внутри? Два подлинных полотна Рембрандта — «Девушка в картинной раме» и «Учёный за пюпитром». Их подарила замку в тысяча девятьсот девяносто четвёртом году графиня КаролИна ЛанцкорОньская. Почти двести лет эти шедевры хранились в частной коллекции в Вене. А в Королевской капелле замка покоится урна с сердцем Тадеуша Костюшко — национального героя Польши.

Этот замок — не просто музей. Это символ того, что целый народ может воскресить из пепла.
14. Старый рынок — Rynek Starego Miasta

Rynek Starego Miasta, Warszawa

Добро пожаловать на Рыночную площадь Старого города — сердце средневековой Варшавы, где каждый камень хранит память о столетиях... Эта площадь, раскинувшаяся на 90 на 73 метра, была заложена в конце Xiii века, одновременно с основанием города.......... А знаете ли вы, что всё, что вы видите вокруг — это грандиозная иллюзия? После Второй мировой войны площадь была систематически взорвана немецкой армией сразу после подавления Варшавского восстания 1944 года. То, что предстает перед вашими глазами — это послевоенная реконструкция, выполненная в 1950-х годах.......... Но вот что Поразительно: восстанавливали площадь не по довоенным фотографиям, а по картинам Xviii века! Картины Бернардо БеллОтто использовались Варшавским департаментом сохранения при реконструкции старого города. Этот венецианский художник, также известный как КаналЕтто, в 1766 году был приглашен стать придворным живописцем короля Станислава Августа ПонятОвского. Его 26 ведут, написанных между 1770 и 1780 годами, обладали почти фотографической точностью благодаря использованию камеры-обскуры.......... Но здесь скрывается тайна... Теперь считается, что Беллотто позволял себе значительную художественную свободу, часто делая здания более интересными, чем в реальности. Так что сегодняшняя площадь — это частично плод фантазии итальянского художника!......... Представьте себе средневековый рынок... Здесь встречались представители гильдий и купцов в ратуше, построенной до 1429 года, проводились ярмарки и... случались казни. При сегодняшней стороне Декерта стояли позорный столб и кУна — клетка для публичного выставления преступников. Здесь держали воров, мошенников и проституток, а также сжигали книги с еретическим содержанием и политические памфлеты.......... В центре площади возвышается знаменитая Варшавская сирена — СырЕнка! Эта бронзовая скульптура работы КонстАнты Хегеля датируется 1855 годом и на самом деле является точной копией оригинала. После войны польская парашютистка-медик служила моделью для новой статуи. Согласно легенде, сирена живет в реке Висле и защищает горожан.......... Каждая из четырех сторон площади носит имя знаменитых польских деятелей Xviii века... Обратите внимание на дом номер 36 — его называют "Под негром" из-за традиционного знака над дверью. А под восемью домами на стороне Декерта находятся подвалы, открытые для посещения — часть культурного маршрута по подземельям Старого города.......... Вся эта красота была воссоздана между 1948 и 1953 годами, чтобы выглядеть как в Xvii веке, и площадь была торжественно открыта 22 июля 1953 года. Сегодня Старый город Варшавы внесен в список Всемирного наследия Юнеско как "первая в мире попытка воскресить целый исторический центр города".
15. Улица Канония — скрытый дворик

ul. Kanonia 6, Warszawa

Добро пожаловать в один из самых потаённых уголков варшавского Старого города. Оглянитесь вокруг... Эта крошечная треугольная площадь — площадь Канония — спрятана прямо за массивной стеной собора Святого Иоанна Крестителя. Большинство туристов проходят мимо, даже не подозревая, что она существует.

А ведь вы сейчас стоите на месте Старейшего кладбища Варшавы. Да, именно так. До тысяча семьсот восьмидесятого года здесь хоронили горожан. Потом захоронения ликвидировали, но барочную статую Богоматери с одного из надгробий сохранили — она до сих пор стоит на площади.

Но главная звезда этого дворика, конечно, бронзовый колокол в центре. Его история — настоящая драма! Колокол был отлит в тысяча шестьсот сорок шестом году мастером по имени Даниэль Тым — тем Самым литейщиком, который двумя годами ранее создал бронзовую статую короля Сигизмунда Третьего на знаменитой колонне на Замковой площади. Заказал колокол подскарбий Ян Николай Данилович — для иезуитской церкви в далёком Ярославе. Но что-то пошло не так при литье: в корпусе появились трещины, и колокол... так Никогда и не зазвонил. Немой великан. Его не повесили ни на одну звонницу.

А знаете, что спасло этот колокол от переплавки? Во время Второй мировой войны он хранился в Национальном музее Варшавы. Его удалось уберечь от вывоза в Германию. И лишь в тысяча девятьсот семьдесят втором году колокол установили здесь, на площади, где он обрёл вторую жизнь — уже не как инструмент, а как хранитель легенд.

По одной из них, колокол был саботирован... из-за Любви. Двое мужчин соперничали за сердце одной женщины. Один из них погиб от отравления, а второй бросился в Вислу. Правда это или нет — никто не знает. Но легенда гласит: положите руку на колокол, загадайте желание и обойдите его три раза... и желание сбудется.

А теперь взгляните в угол площади — видите невероятно узкий дом? Его фасад — всего около ста десяти сантиметров в ширину! Раньше налоги рассчитывались по ширине фасада, и хитрый владелец выстроил дом-иголку. Правда, со стороны другой улицы здание уже вполне обычных размеров.

И последний секрет: видите крытый переход между собором и Королевским замком? Его построили после покушения на короля Сигизмунда Третьего пятнадцатого ноября тысяча шестьсот двадцатого года. Некий Михал Пекарский дважды ударил короля боевым молотом, когда тот шёл на мессу. Короля спасли, а вот судьба нападавшего была ужасна... Его четвертовали, тело сожгли, а пепел выстрелили из пушки, чтобы развеять по ветру. После этого для королевской семьи и построили закрытый переход — чтобы больше никто не мог подобраться.