Тринита-деи-Монти: русский Рим наверху лестницы

Чем это место примечательно?

Повернись спиной к церкви с двумя колокольнями и посмотри вниз: лестница стекает к площади, а дальше до самого горизонта — крыши, купола, антенны, террасы с апельсиновыми деревьями. Купол собора Святого Петра виден отсюда серым облаком вдали.

Ключевые факты

Open the walk

Повернись спиной к церкви с двумя колокольнями и посмотри вниз: лестница стекает к площади, а дальше до самого горизонта — крыши, купола, антенны, террасы с апельсиновыми деревьями. Купол собора Святого Петра виден отсюда серым облаком вдали. По этим ступеням поднимались и спускались все герои нашей прогулки, потому что жили они буквально в нескольких минутах отсюда. Это один из самых знаменитых видов Рима, и русские путешественники знали его наизусть.

Церковь Тринита-деи-Монти — французская. Её начали строить в самом начале 16 века на деньги французских королей, и она до сих пор принадлежит Франции. А обелиск перед ней — подделка, но древняя. Его вырезали в Риме, в античное время, и украсили иероглифами, скопированными с обелиска на площади Пополо. Так что римские мастера почти две тысячи лет назад уже делали копии египетских древностей. Наверх, на вершину лестницы, его подняли только в 1789 году, при папе Пии VI.

В этих кварталах вокруг лестницы жили многие русские. Здесь снимали комнаты пенсионеры Академии художеств, сюда приезжали писатели, а самым блестящим центром русской жизни в Риме был салон княгини Зинаиды Волконской. Поэтесса, певица, хозяйка знаменитого московского салона, где когда-то бывал Пушкин, она переселилась в Рим в 1829 году и приняла католичество.

Её вилла у Латеранского собора стояла среди арок древнего акведука. В саду она поставила памятные знаки в честь друзей и близких, живых и умерших, — своеобразную аллею воспоминаний. Там бывали Гоголь, Жуковский, русские художники. Рассказывают, что княгиня, сама ставшая ревностной католичкой, пыталась обратить в свою веру и Гоголя, но тот вежливо уклонялся.

Русская колония в Риме была маленькой, тесной и очень разной: аристократы и бедные стипендиаты, поэты и чиновники, верующие и вольнодумцы. Но все они смотрели на этот город одинаково — как на место, где можно стать собой. Они ходили друг к другу в мастерские, вместе встречали Пасху, вместе хоронили своих и вместе ждали почту из Петербурга. Теперь иди направо по аллее вдоль парапета, к вилле Медичи: её светлый фасад виден за деревьями.