Здание Телефоники: первый небоскрёб Мадрида

Чем это место примечательно?

Задери голову: перед тобой первый мадридский небоскрёб, тяжёлая башня, которая уступами поднимается почти на девяносто метров. Барочные гирлянды, гербы, каменные вазы на карнизах — а под этим испанским нарядом стальной каркас по американскому образцу.

Ключевые факты

Open the walk

Задери голову: перед тобой первый мадридский небоскрёб, тяжёлая башня, которая уступами поднимается почти на девяносто метров. Барочные гирлянды, гербы, каменные вазы на карнизах — а под этим испанским нарядом стальной каркас по американскому образцу.

Здание Телефоники достроили в 1929 году для национальной телефонной компании, за которой стоял американский телефонный гигант ITT. Проект делал молодой испанский архитектор Игнасио де Карденас, сверяясь с американскими инженерами. Строили быстро, примерно за три года. Получился удивительный компромисс: Манхэттен внутри, мадридское барокко снаружи. Каменный декор фасада — прямая цитата из барокко восемнадцатого века, из того самого стиля Педро де Риберы, который ты увидишь в конце прогулки. Почти четверть века, пока в пятидесятые не выросли башни на Пласа-де-Эспанья, это было самое высокое здание Мадрида.

А через семь лет башня оказалась на передовой. Осенью 1936 года войска Франко подошли к Мадриду, и город больше двух лет прожил в осаде. Телефоника была самой высокой точкой республиканского Мадрида: с её верхних этажей следили за фронтом, а для артиллерии с другой стороны она стала идеальным ориентиром. Гран-Виа получила горькое прозвище — проспект снарядов. Здание принимало попадание за попаданием, но связь, как рассказывают, почти не прерывалась.

Здесь же работала цензура, через которую шли телеграммы иностранных корреспондентов, и в эти залы приходили писать свои репортажи журналисты со всего мира. Цензурой здесь руководил писатель Артуро Бареа, который потом описал эти дни в автобиографической трилогии «Становление бунтаря». Из осаждённого Мадрида писал и Михаил Кольцов, корреспондент «Правды»; его репортажи потом вышли книгой «Испанский дневник». Судьба автора оказалась страшнее его корреспонденций: после возвращения в Москву его арестовали, а в 1940 году расстреляли.

Сегодня башня по-прежнему связана с телефонной компанией, а в её нижних этажах, со стороны Калле-де-Фуэнкарраль, устраивают выставки. Постой минуту и представь эту улицу в 1937 году: мешки с песком, выбитые витрины и очереди в кинотеатры, которые продолжали работать. Теперь иди дальше по Гран-Виа на запад, к площади Кальяо, на свет огромной неоновой вывески.