Уголки истории Беларуси в Варшаве

Белорусский след на Королевском тракте

Warszawa · 15 stops · 5.8 km · ~2.1 h · Generated March 2026

1. Замковая площадь: конец эпохи Речи Посполитой

Plac Zamkowy, Warszawa

Поднимите голову... Видите бронзовую фигуру на вершине? Это король Сигизмунд Третий Ваза, застывший над Варшавой на высоте двадцати двух метров. Колонна, на которой он стоит — Первый в Европе светский монумент на колонне, посвящённый не святому, а обычному смертному. До этого на колоннах красовались только Богородица и святые.......... Но вот что мало кто знает. Сам Сигизмунд задумал этот памятник... в честь Себя. Он хотел увековечить победу над мятежниками шляхтича Николая Зебжидовского, которые требовали убрать от двора иезуитов. Однако первая колонна оказалась вдвое выше нынешней и треснула пополам ещё в каменоломне! Так и пролежала, пока после смерти Сигизмунда его сын Владислав Четвёртый не довёл дело до конца.......... А знаете, кто вдохновил создателей? Владислав во время визита в Рим в тысяча шестьсот двадцать пятом году увидел Марианскую колонну перед базиликой Санта-Мария-Маджоре и загорелся идеей. Только вместо Девы Марии на вершину поместили светского правителя... что вызвало Скандал. Папский нунций Марио Филонарди выразил официальный протест — мирянин на священной колонне казался ему дерзостью!......... Торжественное открытие состоялось двадцать четвёртого ноября тысяча шестьсот сорок четвёртого года. Но самая невероятная история случилась позже. Когда Пётр Первый в тысяча семьсот одиннадцатом году посетил Варшаву, он буквально влюбился в колонну и стал упрашивать польского короля Августа Второго подарить её. Август щедро согласился... но во всей Варшаве не нашлось никого, кто смог бы перевезти такую махину! Так русский царь и уехал ни с чем.......... Памятник пережил шведское вторжение, несколько реставраций, а в ночь с первого на второе сентября тысяча девятьсот сорок четвёртого года прицельный снаряд немецкого танка повалил колонну. Но бронзовую статую удалось спасти! В тысяча девятьсот сорок девятом году король Сигизмунд вернулся на своё место — уже на новом гранитном стволе. Обломки прежних колонн и сегодня можно увидеть неподалёку, у подножия Замковой площади.......... А вот вам варшавская легенда: говорят, если меч короля когда-нибудь выпадет из его руки — город ждёт несчастье. Пока, к счастью, Сигизмунд держит его крепко.
2. Кафедральный собор Святого Иоанна: прах из белорусской земли

Katedra Świętego Jana Chrzciciela, Świętojańska 8, Warszawa

Перед вами — Собор Святого Иоанна Крестителя. Самый древний храм Варшавы... и, пожалуй, самый выстрадавший.......... Его возвели в тысяча триста девяностом году в стиле кирпичной готики — как место коронаций и усыпальницу мазовецких князей. Но этот собор помнит не только торжественные церемонии. Он помнит Кровь.......... Пятнадцатого ноября тысяча шестьсот двадцатого года, воскресным утром, король Сигизмунд Третий шёл на мессу из Королевского замка в собор по узкому крытому коридору. И тут на него набросился шляхтич Михал Пекарский — ударил боевым чеканом в спину, а потом в щёку. Король рухнул, весь залитый кровью... Толпа решила, что монарх убит. А итальянский священник закричал «Традиторе!» — предатель... и горожане расслышали «татары!». Началась паника. Но Сигизмунд выжил. А вот после этого покушения коридор между замком и собором расширили и укрепили — чтобы короли могли ходить на молитву в безопасности.......... Именно здесь, в тысяча семьсот шестьдесят четвёртом году, короновался последний польский король — Станислав Август Понятовский. А знаете, что любопытно? Традиционно королей короновали в Кракове, и Понятовский нарушил эту традицию. Чтобы искупить дерзость, он учредил Орден Святого Станислава! Его прах вернулся в этот собор лишь в тысяча девятьсот девяносто пятом году — после невероятной одиссеи через Петербург, белорусский Волчин и разграбленную могилу.......... А теперь подойдите к стене со стороны улицы Дзеканья. Видите вмурованный кусок гусеничной ленты? Это след от немецкой радиоуправляемой мины «ГолиАф» — крошечного гусеничного аппарата, несущего от шестидесяти до ста килограммов взрывчатки! Во время Варшавского восстания тысяча девятьсот сорок четвёртого года немцы направили начинённый взрывчаткой танк прямо в стены собора. Взрыв уничтожил большую часть здания. Потом сапёры просверлили отверстия в оставшихся стенах и взорвали всё... Уцелела Одна стена. Из шестисотлетнего собора — одна стена.......... После войны храм восстановили — но не в довоенном облике, а таким, каким он мог выглядеть в четырнадцатом веке. Так что перед вами — собор, который старше самого себя. Реконструкция... мечты о прошлом, которого уже не помнит никто из живущих.
3. Смотровая площадка: вид, открывавшийся королю из Беларуси

Taras Widokowy na Stare Miasto, Krakowskie Przedmieście 68, Warszawa

Остановитесь и оглянитесь. Сто пятьдесят ступеней винтовой лестницы привели вас на колокольню костёла Святой Анны... и сейчас перед вами раскрывается панорама, которую когда-то видел Последний король Речи ПосполИтой.

Станислав Август ПонятОвский родился семнадцатого января тысяча семьсот тридцать второго года в местечке Волчин... которое сегодня находится на территории Беларуси. Сын польского вельможи и княжны ЧарторЫйской, он получил блестящее образование, объездил Европу, а в двадцать два года отправился дипломатом в Петербург. Там молодой красавец стал возлюбленным будущей императрицы... ЕкатерИны Великой. Именно она посадила его на польский трон. Седьмого сентября тысяча семьсот шестьдесят четвёртого года тридцатидвухлетний ПонятОвский был избран королём, набрав пять тысяч пятьсот восемьдесят четыре голоса. Россия потратила на его избрание около двух с половиной миллионов рублей... а русская армия стояла в нескольких километрах от места выборов.

Но ЕкатерИна просчиталась. Вместо послушной марионетки она получила упрямого реформатора. Третьего мая тысяча семьсот девяносто первого года ПонятОвский стал соавтором Конституции... Второй в мире после американской!

А этот самый костёл у вас за спиной... он был перестроен по его настоянию! В тысяча семьсот восемьдесят восьмом году архитектор Кристиан Пётр Айгнер придал храму тот неоклассический фасад, который вы видите и сегодня. Перед вами КракОвское ПредмЕстье... начало КоролЕвского тракта, Замковая площадь, Королевский замок. Всё это пространство... оно дышит памятью о человеке, чья судьба оказалась трагичнее, чем у ЛюдовИка Шестнадцатого. Французский король потерял корону и жизнь. ПонятОвский потерял Всё... целую страну.

Он отрёкся от престола двадцать пятого ноября тысяча семьсот девяносто пятого года. Умер в изгнании в ПетербУрге, в МрАморном дворце. А знаете, где он покоится сейчас? Совсем рядом отсюда... в крипте собора Святого ИоАнна, в самом сердце Старого города. Его останки путешествовали почти двести лет... из ПетербУрга в Волчин, оттуда... снова в ВаршАву. Словно он пытался вернуться домой.
4. Костёл Святой Анны: где учился Костюшко

Kościół Świętej Anny, Krakowskie Przedmieście 68, Warszawa

Перед вами — костёл Святой Анны, один из старейших храмов Варшавы. Но сегодня я расскажу вам не столько о нём, сколько о том, что происходило Рядом... и навсегда изменило судьбу целых народов.

Пятнадцатого Марта тысяча семьсот шестьдесят пятого года король Станислав Август Понятовский основал здесь, на КракОвском Предместье, первую в Речи ПосполИтой светскую государственную школу. Она называлась Рыцарская школа — Академия Шляхетского Корпуса. Располагалась она в Казимировском Дворце — том самом здании, где сегодня находится Варшавский университет. Король выложил на школу полтора миллиона злотых из собственного кармана! Командантом назначил князя Адама КазИмежа ЧарторЫйского.

А чему же учили будущих офицеров и чиновников? Историю, географию, право, экономику, языки... но также фехтование, верховую езду, танцы и даже менуэт! Кадеты носили красные мундиры с гранатовыми отворотами и латунными пуговицами. А те, кто плохо учился... получали белые отвороты — знак позора.

Восемнадцатого декабря того же тысяча семьсот шестьдесят пятого года в эту школу при поддержке семьи ЧарторЫйских поступил девятнадцатилетний юноша из небогатой шляхты — ТадЕуш КостЮшко, родом из МеречЕвщины на ПолЕсье. Он так блестяще проявил себя на экзамене по геометрии, что получил специальный инженерный курс для лучших учеников. К тысяча семьсот шестьдесят девятому году он стал капитаном и уехал на королевскую стипендию в ПарИж. А потом... отправился в Америку, где построил форт Уэст-Пойнт и стал генералом армии ВашингтОна!

Но есть у этого костёла и мрачная страница. В тысяча семьсот девяносто четвёртом году, во время восстания КостЮшко, прямо перед этим храмом был повешен епископ Юзеф КоссакОвский — признанный предателем за службу Российской империи. Толпа варшавян встретила казнь... аплодисментами.

А сам костёл святой Анны стоит здесь с тысяча четыреста пятьдесят четвёртого года. Его основала мазовецкая княгиня Анна Фёдоровна для монахов-бернардинцев. Именно благодаря этому монастырю улица, на которой вы стоите, получила своё нынешнее название — КракОвское Предместье, которое первоначально звучало как «бернардИнское предместье».
5. Памятник Адаму Мицкевичу

Pomnik Adama Mickiewicza, Krakowskie Przedmieście, Warszawa

Перед вами стоит бронзовый человек с рукой, прижатой к сердцу. Адам Мицкевич... поэт, которого Три страны считают своим национальным гением. Польша, Литва и Беларусь. Но знаете ли вы, что этот главный польский поэт Никогда не был в Варшаве при жизни?......... Он родился двадцать четвёртого декабря тысяча семьсот девяносто восьмого года под Новогрудком — на территории нынешней Беларуси. Учился в Вильнюсе, был сослан в Россию, скитался по Европе... и умер в Стамбуле. Но ни разу не ступил на варшавскую землю.......... А памятник перед вами — это история настоящего тихого бунта. В тысяча восемьсот девяносто седьмом году писатель Генрик Сенкевич — будущий нобелевский лауреат — убедил царские власти разрешить строительство монумента. Бронзовую статую отлили в итальянском городе Пистойя, гранитную колонну привезли из-под Милана. Но вот в чём хитрость... Русская администрация потребовала, чтобы памятник поэту был Ниже стоявшего неподалёку монумента российскому фельдмаршалу Паскевичу. Польские архитекторы послушно представили чертежи... но «забыли» показать на них ступени и лестницу, которые вы видите и сегодня. Так Мицкевич незаметно перерос генерала!......... Открытие состоялось двадцать четвёртого декабря тысяча восемьсот девяносто восьмого года — в столетний юбилей поэта. Царские чиновники, боясь патриотических демонстраций, запретили все марши и речи. Памятник открыли в полной Тишине... перед двенадцатью тысячами человек. Попасть можно было только по пригласительным билетам. Среди гостей была дочь поэта — Мария Гурецка.......... В сорок четвёртом году нацисты демонтировали памятник и вывезли его в Германию. После войны польские солдаты нашли в Гамбурге только голову и фрагмент торса. Скульптор Ян Щепковский создал копию, и в январе тысяча девятьсот пятидесятого года монумент вернулся на своё место.......... А в январе шестьдесят восьмого именно здесь, у подножия Мицкевича, вспыхнул студенческий бунт! Студенты протестовали против запрета спектакля «Дзяды» по поэме самого Мицкевича — советское посольство сочло пьесу «антисоветской». Протесты от этого памятника разлетелись по всей Польше.......... Так бронзовый поэт, никогда не видевший Варшавы, стал её самым непокорным жителем.
6. Костёл Успения Богородицы: свидетель белорусско-польской истории

Kościół Wniebowzięcia NMP Karmelitów, Krakowskie Przedmieście 52/54, Warszawa

Перед вами один из самых удивительных храмов Варшавы... Костёл УспЕния Пресвятой Богородицы, более известный как кармелИтский костёл. Он стоит здесь, на КракОвском ПредмЕстье, уже почти четыре столетия. И история его строительства... это настоящая эпопея.

Всё началось около тысяча шестьсот сорок второго года, когда коронный хорунжий Альбрехт Вессель задумал возвести храм для босых кармелИтов. Но денег не хватило. Вессель умер, и строительство растянулось на невероятные Семьдесят Четыре года! Король Ян КазимИр выделял по пятьсот злотых в год, даже подарил монахам участок в УяздОве... не для огородов, а для кирпичного завода, чтобы кармелИты сами лепили кирпичи для своего храма.

А знаете, кто стал главным спасителем этой стройки? Кардинал МихАл РадзеЁвский... пожалуй, самый скандальный примас в истории Польши. Сын изгнанника, чей отец бежал в Швецию и помог организовать «шведский потоп». Сам же МихАл вырос при королевском дворе, стал кардиналом, примасом... и довёл строительство костёла до конца. Монахи называли его «вторым основателем». А потом... прямо в этих стенах, первого сентября тысяча семьсот пятого года, начались переговоры о мире между Польшей и Швецией!

Но посмотрите на фасад! Эта Первая каменная классицистическая фасада во всей Речи ПоспОлитой была оплачена князем Каролом СтанИславом РадзивИллом по прозвищу «Пане КохАнку». Да, тем самым знаменитым магнатом с белорусских земель, чей дворец стоит буквально по соседству. Над порталом до сих пор красуется картуш с гербом РадзивИллов... трубы радзивИлловские. А на самом верху... медная сфера с змеёй, обвивающей яблоко. Варшавяне прозвали её «кармелИтской банькой», и в девятнадцатом веке в ходу было выражение: «распух, как кармелИтская банька»!

И ещё одна деталь, которую мало кто замечает. Юный ФрыдЕрик ШопЕн играл на органе этого костёла, будучи учеником варшавского лицЕя... в тысяча восемьсот двадцать пятом и двадцать шестом годах. Это было его Первое место работы. А во Вторую мировую этот храм чудом уцелел, и с сорок пятого по пятьдесят второй год служил прокафедрАлом ВарШавы, заменяя разрушенный собор Святого Яна.
7. Памятник Юзефу Понятовскому: племянник уроженца Беларуси

Pomnik Józefa Poniatowskiego, Krakowskie Przedmieście 46/48, Warszawa

Перед вами — конная статуя, у которой за плечами судьба не менее драматичная, чем у самого всадника. Это князь Юзеф ПонятОвский... племянник последнего короля Речи ПосполИтой. И вот что удивительно — знаете ли вы, что этот самый король, Станислав АвгУст ПонятОвский, родился не в ВаршАве и не в КракОве, а в крохотной белорусской деревне ВолчИн, в БрЕстской области? Именно там, в родовом поместье, семнадцатого января тысяча семьсот тридцать второго года, появился на свет человек, которому суждено было стать последним монархом великого государства.

А его племянник Юзеф родился уже в Вене, в аристократическом ПалЕ КинскИ. Начинал карьеру офицером австрийской армии, слыл дамским угодником... и вдруг — всё бросил ради Польши. В тысяча семьсот восемьдесят девятом году дядя-король позвал его на родину, и Юзеф стал командующим польской гвардией.

А вот что мало кто знает! НаполеОн присвоил ему звание маршала Франции шестнадцатого октября тысяча восемьсот тринадцатого года, в первый день Битвы Народов под Лейпцигом. Юзеф стал Единственным не-французом, получившим маршальский жезл. Но наслаждаться этой честью ему оставалось... всего три дня. Девятнадцатого октября французские сапёры взорвали мост через реку Эльстер раньше времени. ПонятОвский, раненый, попытался переплыть реку верхом... и утонул.

Теперь взгляните на саму статую. Её создал датско-исландский скульптор Бертель Торвальдсен, изобразив князя в римских доспехах, по образцу знаменитого памятника Марку АврЕлию на римском КапитолИи. Варшавяне, кстати, были недовольны — хотели видеть ПонятОвского в мундире, а не в тОге!

Но самое невероятное — это путешествие самого монумента. Его отлили в бронзе, но после подавления Ноябрьского восстания царь запретил устанавливать его в ВаршАве. Памятник разобрали, спрятали в крепости Модлин... а затем фельдмаршал ПаскЕвич увёз его к себе в Гомель, в БелорУсь! Более восьмидесяти лет бронзовый ПонятОвский простоял у гомельского дворца. Вернули его только в тысяча девятьсот двадцать втором году по условиям Рижского мирного договора. Но в сорок четвёртом немцы взорвали статую. То, что вы видите сейчас — это копия, подаренная Данией в тысяча девятьсот пятьдесят втором году, отлитая по оригинальной модели из музея Торвальдсена в КопенгАгене.

Два ПонятОвских — дядя и племянник. Один родился на белорусской земле и потерял корону. Другой родился в Вене и нашёл смерть в немецкой реке. А их общий памятник прошёл путь от ВаршАвы до Гомеля и обратно... Такова история, которую хранит этот двор.
8. Президентский дворец: резиденция несвижских Радзивиллов

Pałac Prezydencki, Krakowskie Przedmieście 46/48, Warszawa

Взгляните на этого величественного всадника в античных одеждах, гордо восседающего на коне перед Президентским дворцом. Это князь Юзеф ПонятОвский... национальный герой Польши, маршал Франции, племянник последнего короля Речи Посполитой. Но знаете, что делает Эту статую по-настоящему уникальной? Она — один из самых знаменитых монументов-скитальцев в Европе. И часть её путешествия пролегала через... Беларусь.......... Как конный памятник польскому герою оказался в белорусском Гомеле?......... История начинается в тысяча восемьсот семнадцатом году, когда варшавяне получили разрешение императора Александра Первого на возведение памятника. Скульптуру заказали знаменитому датскому мастеру Бертелю ТорвАльдсену, и тот взял за образец конную статую Марка Аврелия на римском Капитолии. Бронзовую отливку завершили в тысяча восемьсот тридцать втором году... но к тому моменту грянуло Ноябрьское восстание. Установить памятник стало Невозможно.......... Скульптуру конфисковали и в разобранном виде отправили в крепость Модлин. А затем... император Николай Первый приказал её Уничтожить и переплавить на пуговицы для солдатских мундиров! Но за памятник неожиданно вступился человек, который сам воевал Против Понятовского — царский наместник фельдмаршал Иван Паскевич. Они были врагами в Битве народов под Лейпцигом в тысяча восемьсот тринадцатом, где Понятовский получил маршальский жезл от Наполеона... а через три дня утонул, отступая через реку.......... Паскевич выпросил статую себе. Так в тысяча восемьсот сорок втором году бронзовый Понятовский оказался на террасе дворца Паскевичей в Гомеле, где простоял Восемьдесят лет!......... А вернулся памятник в Польшу благодаря дипломатии — на Рижских мирных переговорах тысяча девятьсот двадцать первого года поляки потребовали его возвращения как одно из условий мирного договора. В апреле тысяча девятьсот двадцать второго года монумент демонтировали в Гомеле и торжественно установили на Саксонской площади Варшавы.......... Но скитания не закончились. В декабре тысяча девятьсот сорок четвёртого года, после подавления Варшавского восстания, нацисты взорвали памятник. Казалось бы — конец истории. Однако в Копенгагене, в музее Торвальдсена, сохранилась оригинальная гипсовая модель. Дания отлила новую копию и подарила её Польше. В тысяча девятьсот пятьдесят втором году памятник установили в парке Лазенки, а в шестьдесят пятом перенесли сюда, ко Дворцу наместника, ставшему Президентским.......... Так что всадник перед вами — это копия, но за ней стоит судьба, достойная романа: Варшава, Модлин, Гомель, снова Варшава, взрыв, Копенгаген... и вот он снова здесь.
9. Варшавский университет: основан при русском царе

Uniwersytet Warszawski, Krakowskie Przedmieście 26/28, Warszawa

Вы стоите перед главными воротами Варшавского университета на Краковском Предместье... одной из самых красивых улиц польской столицы. Но сегодня я хочу рассказать вам не об архитектуре. А о человеке, который жил в девятнадцатом веке... и о программе, которая спустя полтора столетия спасала судьбы сотен молодых людей.......... Тридцатого марта две тысячи шестого года именно здесь, в зале имени Адама Мицкевича — в Аудиториум Максимум этого университета — произошло событие, о котором мало кто из прохожих знает. Премьер-министр Польши Казимеж Марцинкевич и белорусский оппозиционный лидер Александр Милинкевич подписали письмо о намерениях, положившее начало крупнейшей в Европе программе помощи репрессированным студентам.......... А почему программу назвали именем Калиновского?......... Кастусь Калиновский — двадцатишестилетний революционер, казнённый российскими властями в Вильне в тысяча восемьсот шестьдесят четвёртом году. Он возглавлял Январское восстание на территории Беларуси и Литвы, издавал первую газету на белорусском языке — «Мужицкую правду». Когда на эшафоте зачитали приговор со словами «дворянин Калиновский»... он перебил: «У нас нет дворян. Все равны».......... А теперь самое удивительное. Проект программы был написан за Одну ночь. Директор программы, профессор Ян Малицкий, вспоминал: они увидели по телевизору обращение Милинкевича к Польше с просьбой помочь тем, кого выгоняют из университетов за участие в протестах в Минске — и сели писать. К утру проект был готов.......... Пятого июля того же года первые стипендиаты встретились с премьер-министром прямо в саду библиотеки Варшавского университета. За десять лет программы более двухсот студентов получили дипломы польских вузов. А в две тысячи двадцатом, после новой волны репрессий, университет вывесил бело-красно-белые флаги — исторические флаги Беларуси — и объявил экстренный набор.......... И ещё одна деталь — в две тысячи семнадцатом на горе Гедиминаса в Вильнюсе археологи обнаружили останки двадцати повстанцев. Среди них — самого Калиновского! Его опознали по сопоставлению черепа с фотографиями. В ноябре две тысячи девятнадцатого останки торжественно перезахоронили на кладбище Расу в присутствии президентов Литвы и Польши. Спустя сто пятьдесят пять лет герой обрёл покой.......... Так что помните, проходя мимо этих ворот: за ними не только лекционные залы. Здесь писалась история солидарности — когда одна страна протянула руку студентам другой, лишённым права учиться за свои убеждения.
10. Саксонский сад и Могила Неизвестного Солдата

Grób Nieznanego Żołnierza, plac Józefa Piłsudskiego, Warszawa

Перед вами — три уцелевшие аркады. Всего три... из огромной колоннады, которая когда-то протянулась вдоль величественного Саксонского дворца. Это всё, что осталось от здания, простоявшего почти триста лет.

История дворца начинается в тысяча шестьсот шестьдесят первом году, когда поэт и подскарбий великий коронный Ян Анджей Моршты́Н возвёл здесь барочный палац. Полвека спустя его купил король Август Второй МО́Цный — и задумал перестроить его по образцу версальского дворца. Именно при нём, двадцать седьмого мая тысяча семьсот двадцать седьмого года, примыкающий Саксонский сад был открыт для публики — это один из Первых общедоступных парков в Европе!

Но знаете ли вы, кто ещё жил в стенах этого дворца? В тысяча восемьсот десятом году здесь поселилась семья ШО́Пенов — маленький Фредерик Шопе́Н провёл тут первые годы своей жизни. А в тысяча девятьсот тридцатых годах в этих стенах работало Бюро шифров — именно здесь польские криптологи Рее́Вский, РУ́Жицкий и Зыга́Льский впервые взломали код немецкой «ЭниѓМЫ».

Теперь — о самом Гробе. Второго ноября тысяча девятьсот двадцать пятого года, в День поминовения усопших, под этими аркадами были торжественно захоронены останки безымянного солдата. Их привезли со Львовского кладбища защитников... и вот что поразительно. Выбор трумны доверили Ядвиге Заруге́Вичовой — матери, чей сын Константин погиб в битве под Задву́Жем в тысяча девятьсот двадцатом году, в сражении, которое называют «польскими Фермопилами». Она указала на одну из трёх закрытых трумен... Когда её открыли, внутри оказался солдат-доброволец в мацейовке — ему было около Четырнадцати Лет. Ребёнок, отдавший жизнь за свободу.

В декабре тысяча девятьсот сорок четвёртого года немцы методично взорвали весь дворец. Сотни отверстий были просверлены в колоннах, заложена взрывчатка... Но эти три аркады — по невыясненным причинам — уцелели. Уже в тысяча девятьсот сорок шестом году Гроб был восстановлен, а после падения коммунизма в тысяча девятьсот восемьдесят девятом году сюда привезли землю из Кáтыни. Среди десятков урн с землёй из мест сражений — земля из ВИ́Льно и Гро́Дно, с земель, за которые тоже проливалась польская кровь.

Круглые сутки, триста шестьдесят пять дней в году, здесь стоит почётный караул. Два солдата — один час на посту, три часа отдыха, и снова на пост. Это не просто ритуал. Это обещание — не забывать.
11. Памятник Тадеушу Костюшко

Pomnik Tadeusza Kościuszki, plac Żelaznej Bramy, Warszawa

Перед вами — пятиметровая бронзовая фигура в мундире американского генерала. Это памятник ТадЕушу КостЮшко на площади ЖелЕзной БрАмы. И у этого монумента... удивительная судьба.

ВаршАва мечтала о памятнике КостЮшко Двести лет! Впервые идею выдвинули в тысяча восемьсот семнадцатом году, сразу после смерти НачАльника. С тех пор создавались Семь комитетов по строительству — и ни один не справился. То деньги заканчивались, то запрещали зАборщики.

А знаете, что оригинал этой скульптуры стоит напротив Белого дома в ВашингтОне? Его создал львовский скульптор АнтОний ПопЕль. И вот что удивительно — на конкурсе его проект занял лишь Второе место! Победил СтанислАв ЛевандОвский из Вены. Но именно работу ПопЕля признали лучше вписывающейся в ансамбль парка ЛафайЕтта... и выбрали её. ПопЕль приехал в ЧикАго в тысяча девятьсот седьмом году и работал над статуей два года. Но закончить не успел — заболел, вернулся на родину и умер в июле тысяча девятьсот десятого... за месяцы до торжественного открытия.

Деньги на вашингтонский оригинал собирали простые польские эмигранты — по Два цента в месяц со членских взносов. А открывал памятник сам президент Уильям Тафт одиннадцатого мая тысяча девятьсот десятого года... в тот же день, что и памятник ПулАскому!

Приглядитесь внимательнее. В одной руке КостЮшко держит саблю, а в другой — план укреплений СаратОги. Именно Там, на Бемис-Хайтс, молодой польский инженер спроектировал систему фортификаций, которая помогла американцам одержать Переломную победу в войне за независимость. Генерал Гейтс писал потом: великими тактиками этой кампании были холмы и леса, которые молодой польский инженер сумел выбрать для моего лагеря.

А фигуры у подножия... Справа — битва под РацлАвицами, слева — битва при СаратОге. Один орёл, американский, стережёт флаг. Другой, польский, сражается со змеёй — символом российского господства. Два континента... одна борьба за свободу.

И ещё один секрет этого места. Памятник стоит точно там, где до тысяча девятьсот девяносто первого года возвышался монумент «ПогИбшим на Службе и в оборОне Польской Народной Республики» — пропагандистский обелиск коммунистической эпохи. Символично, не правда ли? Борец за свободу... занял место памятника несвободе.
12. Дворец Красинских: архив разделённой Речи Посполитой

Pałac Krasińskich, plac Krasińskich 5, Warszawa

Перед вами — один из самых величественных барочных дворцов ВаршАвы. Дворец КрасИньских... или, как его называли позже, Дворец РечИ ПосполИтой. Его история — это история амбиций, власти и памяти целого государства.

Построил его в конце семнадцатого века Ян ДоброгОст КрасИньский — воевода ПлОцкий и старОста варшАвский. Человек с Гигантскими амбициями. Он хотел возвести резиденцию, которая по красоте превзошла бы даже королевский дворец Яна СобЕского в ВилЯнуве! И знаете что? Современники признавали — ему это удалось.

Весь декор, все скульптуры на фасаде отсылали к легенде о якобы античном происхождении рода КрасИньских — от римского патриция Марка ВалЕрия КорвИнуса. Посмотрите на фронтон... Там изображён поединок КорвИнуса с галльским вождём — работа знаменитого гданьского скульптора АндрЕаса ШлЮтера. Тот самый ШлЮтер, который позже уедет в БерлИн и создаст знаменитый Янтарный кабинет. А свою карьеру он начинал Здесь, в ВаршАве.

Но как частная резиденция стала хранилищем государственных тайн? Дело в том, что КрасИньский частично построил дворец... на украденные из государственной казны деньги. Ирония судьбы! В тысяча семьсот шестьдесят пятом году государство выкупило этот дворец для Комиссии Коронного Казначейства. Его перестроили, и в центральном зале разместили архив Коронной казны и МетрИки КорОнной — реестра всех решений королевской канцелярии, привилегий шляхты, земельных актов со всех воеводств... от КрАкова до белорусских земель.

А в тысяча семьсот девяносто шестом, после третьего раздела РечИ ПосполИтой, именно в этих стенах прошла позорная церемония присяги на верность прусскому королю. Дворец, хранивший память свободного государства, стал свидетелем его унижения.

Потом здесь были царские суды, российский СенАт, а в межвоенной Польше — ВерхОвный суд. Двадцать седьмого августа тысяча девятьсот сорок четвёртого года немецкие самолёты сбросили на дворец бомбы. Погибли двадцать семь повстанцев батальона ПарасОль. После войны разрушения оценили в восемьдесят пять процентов.

Сегодня в восстановленном дворце хранятся уцелевшие пять процентов из сорока тысяч рукописей БиблиотЕки ЗалУских — когда-то крупнейшей публичной библиотеки Европы. А в его залах можно увидеть рукописи ШопЕна, МицкЕвича и КоханОвского. Дворец, который строили для тщеславия одного рода... стал памятником всей нации.
13. Памятник Варшавскому восстанию на площади Красинских

Pomnik Powstania Warszawskiego, plac Krasińskich, Warszawa

Перед вами — один из самых пронзительных памятников ВаршАвы. Десятиметровые бронзовые фигуры, вырывающиеся из разрушенных стен... и уходящие в канализационный люк. Это Памятник ВаршАвскому восстанию на площади КрасИньских.

Первого августа тысяча девятьсот сорок четвёртого года, ровно в пять часов вечера — в так называемый «час Дубль-В» — около сорока тысяч бойцов Армии КрайОвой поднялись против нацистской оккупации. Это было Крупнейшее вооружённое выступление сопротивления во всей Второй мировой войне. Шестьдесят три дня боёв... практически без помощи извне.

Место для памятника выбрано не случайно. Именно здесь, на пересечении с улицей ДлУгой, находился канализационный люк, через который в начале сентября сорок четвёртого года более пяти тысяч повстанцев эвакуировались из Старого города в центр ВаршАвы. Пять часов в кромешной тьме, по пояс в воде... Раненых спускали первыми, за ними — гражданских, потом — бойцов без оружия и даже немецких военнопленных, и лишь последними шли вооружённые отряды.

А шестого августа сорок четвёртого, прямо здесь, у площади КрасИньских, повстанцы провели Единственный военный парад за всё время восстания!

Памятник создал скульптор ВинцЕнты Кучма — профессор КракОвской академии изящных искусств. По его замыслу, монумент — часть триптиха, куда также входят памятник защитникам Польской почты в ГдАньске и монумент павшим в ЧенстохОве. Но путь к созданию именно этого памятника оказался невероятно долгим. Первые попытки начались ещё в тысяча девятьсот сорок пятом году, но коммунистические власти десятилетиями блокировали проект — восстание, организованное Армией КрайОвой, верной лондонскому правительству в эмиграции, было для них... неудобной темой.

Разрешение на строительство было дано лишь двенадцатого апреля тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года. А открыли монумент первого августа восемьдесят девятого — в год падения коммунизма в Польше! И это место стало свидетелем ещё одного исторического момента. В тысяча девятьсот девяносто четвёртом, на пятидесятилетие восстания, президент Германии Роман Херцог стал Первым немецким главой государства, который попросил у поляков прощения за преступления нацистов.

Каждый год, первого августа, ровно в семнадцать часов, ВаршАва замирает. Минута тишины. Звучат сирены. Люди останавливаются прямо на улицах... Город помнит.
14. Барбакан: рубеж двух столиц Речи Посполитой

Barbakan, Nowomiejska, Warszawa

Остановитесь у этих мощных кирпичных стен и посмотрите вверх. Перед вами — Варшавский Барбакан... полукруглая крепость, которая уже почти пять веков стоит на границе двух миров. С одной стороны — Старый город. С другой — Новый. Но когда-то это была граница не районов, а целых эпох.

Сам барбакан был возведён в тысяча пятьсот сороковом году по проекту венецианского архитектора Джованни Баттиста, жившего и работавшего при дворе мазовЕцких князей. Зачем Польше понадобился итальянец? Потому что именно итальянцы в шестнадцатом веке считались непревзойдёнными мастерами военной архитектуры... как, кстати, и при строительстве Московского Кремля.

Трёхуровневый бастион с позициями для стрелков, четырнадцать метров в ширину, пятнадцать в высоту, стены толщиной три метра, глубокий ров вокруг. Впечатляет? Но вот ирония судьбы... Барбакан устарел Сразу после постройки. Артиллерия развивалась быстрее, чем крепостные стены, и эти могучие укрепления оказались бессильны против пушек.

И всё же один раз барбакан пригодился! Тридцатого июня тысяча шестьсот пятьдесят шестого года, в разгар Шведского потопа, объединённое польско-литовское войско под командованием короля Яна Казимира штурмовало Варшаву, чтобы отбить её у шведского гарнизона. Причём в ту ночь стены штурмовали не солдаты, а вооружённые крестьяне... Шведов в городе было всего около двух с половиной тысяч, но они укрепились за этими самыми стенами. Бои шли несколько дней, и первого июля шведы наконец капитулировали.

А потом... крепость стала не нужна. В семнадцатом веке барбакан частично разобрали, чтобы расширить ворота для торговых повозок. В девятнадцатом веке он и вовсе стал частью жилых домов, скрывшись за стенами каменИц.

И вот что удивительно... то, что вы видите сейчас — это не оригинал. Во Вторую мировую войну, при обороне Варшавы в тысяча девятьсот тридцать девятом и во время Варшавского восстания в тысяча девятьсот сорок четвёртом, барбакан был практически уничтожен. Его восстановили в тысяча девятьсот пятьдесят втором — пятьдесят четвёртом годах по гравюрам семнадцатого века. А кирпичи для реставрации привезли из разрушенных исторических зданий Нысы и Вроцлава. Так что каждый кирпич, которого вы касаетесь, хранит память сразу нескольких польских городов.

А у подножия стен обратите внимание на памятник Яну КилИньскому — простому сапожнику, который в тысяча семьсот девяносто четвёртом году повёл варшавян на штурм русского посольства во время восстания КосцЮшко. Во время немецкой оккупации нацисты в отместку за акцию подпольщиков у памятника КопЕрнику... сняли статую КилИньского и спрятали в подвал Национального музея. А на следующий день по всему городу появились надписи от имени самого КилИньского: «Люди Варшавы! Я здесь!»
15. Костёл Святого Казимира: память о литовско-белорусских королях

Kościół Świętego Kazimierza, Rynek Nowego Miasta 2, Warszawa

Перед вами — костёл Святого Казимира, жемчужина Рынка Нового Города. Но прежде чем говорить о стенах... давайте поговорим о человеке, чьё имя они носят.

Казимир Ягеллончик — королевич, родившийся в Кракове в тысяча четыреста пятьдесят восьмом году. Сын короля Казимира Четвёртого, внук великого Ягайло. Ему было всего двадцать пять лет, когда он умер от туберкулёза в Гродно... да, именно в Гродно, на территории нынешней Беларуси. Его прах перевезли в Вильно и захоронили в кафедральном соборе. А в тысяча шестьсот тринадцатом году Казимира провозгласили небесным покровителем всего Великого Княжества Литовского — огромного государства, объединявшего земли нынешних Литвы, Беларуси и части УкраИны.

Но сам костёл возник по совсем другому поводу! Его основала королева МарИя Казимира СобЕская — жена Яна Третьего СобЕского — как благодарность за победу над турками под Веной в тысяча шестьсот восемьдесят третьем году. Проект поручили гениальному голландцу Тыльману ван Гамерену — величайшему архитектору польского барокко! Строительство шло с тысяча шестьсот восемьдесят восьмого по тысяча шестьсот девяносто второй год.

Внутри хранится удивительная история любви. Внучка СобЕского — МарИя Каролина, последняя в роду СобЕских — была влюблена в МихАла Казимира Радзивилла по прозвищу Рыбенько, будущего великого гетмана литовского. Но отец запретил ей этот брак... Её выдали замуж за французского герцога де Буйон. А когда она умерла в тысяча семьсот сороковом году, именно Радзивилл — её бывший возлюбленный — заказал для неё надгробие. На нём — трещина, символизирующая угасание рода СобЕских. Шарлотту похоронили здесь, в этом самом костёле.

А потом пришёл тысяча девятьсот сорок четвёртый год. Во время ВаршАвского Восстания монахини-Сакраментки превратили костёл в полевой госпиталь и укрывали в нём раненых повстанцев и мирных жителей. Тридцать первого августа тысяча девятьсот сорок четвёртого года — один единственный немецкий авиаудар... и под руинами погибли четыре священника, тридцать пять монахинь и более Тысячи мирных людей. Сегодня внутри вы можете увидеть обугленный деревянный крест — память о той трагедии.

То, что вы видите сейчас — это кропотливая реставрация, завершённая в тысяча девятьсот пятьдесят втором году. Храм воскрес из пепла, как и вся Варшава... как и связь народов, которую хранит имя святого Казимира — королевича, умершего в Гродно и ставшего покровителем земель от Вильнюса до Бреста.